— Слушай, он ведь мне жизнь спас. Только поэтому сам подставился. Я потом жалеть буду. Знаешь, как паршиво жалеть. Сразу из рук всё валится…
Иона шипит:
— Что ты несешь, Римус? Я зря за тобой поперлась что ли? Кто мне жалование платить будет? Не геройствуй. Это тупо.
Достаю череп из сумки, спрашиваю:
— Как думаешь, получится запихнуть тролля в анклав?
— Ты спятил? Эта махина тонны две весит и не поместится туда.
Две тонны? Это пять с половиной лет жизни. Вычесть три года и три месяца, которые я получил за мага бандита, и я постарею на два года и три месяца. А потом снова останусь у дырявого корыта.
— Надо попробовать. Стой тут.
— Римус!
— Стой, говорю. За то, что пришла, возвращаю тебе жалование до семи с половиной золотых.
— Хе-хе…
Серьезно? Она веселится? В такой момент? Безбашенная какая.
Тролль встает, заглядывает в обрыв и… судя по всему готовится спрыгнуть. И я догадываюсь, на кого он приземлится.
Размахиваюсь, швыряю череп. Он ударяется в спину урода и…
«Пуньк».
Исчезает немного с другим звуком, чем люди.
На землю падает тролличья дубина. Подмечаю, что она не деревянная, но понять из чего сделана не могу.
Неужели получилось?! Да ладно?! Как?! Я не хочу знать, какой фарш сейчас происходит в анклаве.
Раздается вой со стороны Гнезда. Похоже упал очередной метеорит, превращающий утропиев в труху. Атмосфера просто пропитана темным эфиром. Если бы я мог его собирать… Пользоваться… Что бы Костя дал мне за него?… Но нет. Темная энергия испаряется впустую. Тысячи утропиев окончательно покидают этот странный мир.
В голове звучит голос Кости.
— Мастер, немедленно возвращайтесь в анклав и узрите это прекрасное зрелище! Тут тако-о-о-ое! А еще у меня для вас новость! Только что вы сделали нечто невероятное и заслужили кое-что! Хотите скажу, что? Хотите же, а? Ого! А это что еще такое?! Фу-у-у!"
Глава 11
«Ма-а-а-астер, а вы знали, чем питаются мертвые тролли? Если поспешите, то сможете наглядно изучить особенности их пищеварения»
Так, мне сейчас не до голосов в голове. Прячу череп в сумку. Подбегаю к краю обрыва, заглядываю вниз. Облегченно выдыхаю. Торн жив и здоров. Вместе с Ионой спускаемся по глинистому склону, не без труда вытаскиваем его наверх. По всем законам подлости, Торн решает, что самое подходящее время очнуться, именно после всех наших усилий. Он открывает глаза, хлопает ими, резко встает, пошатывается:
— Где… где… Иона?.. Это ты?..
Улыбаюсь, стряхивая с себя грязь.
— Живой? Спасибо, что прикрыл, друг.
— Я… да… где тролль?
— Отправил его в анклав.
Моргает:
— Серьезно?
— Угу. Но вроде бы не умер от этого. Внешне не изменился.