Торн еле слышно хмыкает:
— Бесполезное оружие, Римус. Если вы пустили кровь противнику, он, скорее всего, и так скоро умрёт.
Гримз сжимает правый кулак:
— Я тебе сейчас в харю дам. Ты мне клиентов не отпугивай, понял? Римус, клинок адамантовый. Острый, как взгляд моей бабки на пивные пятна. Пробьёт любой незачарованный доспех. Но материал дорогой, поэтому убойная часть такая тонкая. Убьёт при удаче… если в артерию попадёте или орган какой. Но уж если попадёте, не сомневайтесь — победа за вами. Противник будет слабеть на глазах.
— Хм…
— Последнее предупреждение, старик. Не встревай. Ну что, Римус? Показывать?
Хожу туда-сюда, размышляю. Стилет довольно поганое оружие. Лезвия нет — просто миниатюрная рапира. Зато удобно метать, если он достаточно сбалансирован и сделан не наотмашь.
Останавливаюсь:
— Почём?
— Двести шестьдесят золотых. Без торга.
Брать? Не брать?.. Брать? Не брать?.. Может, сначала подумать? Это же почти половина моих денег. Так уж ли нужен этот стилет, если есть Торн и Киса? Бессмысленное вложение.
— Я подумаю, Гримз. Мне другое надо. Во-первых, артефактный подсумок — лучше того, что ты мне подсунул. Артефакты замечают. Во-вторых, защитит артефакты от псионики. Не хочу, чтобы кто-то ковырялся в моей голове. Знаешь ли, сегодня у меня будет насыщенный вечер в кругу знатных особ.
Гримз какое-то время думает, будто в чём-то сомневается. Наконец вздыхает:
— Есть у меня кое-что получше, Римус. Должен же я как-то отблагодарить вас за решение проблем с табаком и троллем.
Жадность воет в экстазе. Ну наконец-то награда за квесты!
Глава 14
Наградки, ачивки, бонусы и плюшки. Мои любимые слова. Гримз задумчиво смотрит, не замечая меня, кивает самому себе, уходит и вскоре возвращается с большим мешком. Ставит передо мной:
— Ну вот, господа-хорошие. Ваша награда.
— Хм…
Осторожно открываю мешок, заглядываю, морщусь. Перевожу колючий взгляд на Гримза:
— Картошка?
— Ага. Нового урожая. Если её экономить, месяц голодать не будете.
И улыбается. Тут килограммов двадцать. А значит, всего два серебряка. Как несколько элитных ужинов в Стреломёте. Смотрю я на этого засранца и не могу понять — прикалывается он или серьёзно. Уже хотел было высказать ему в лицо, всё, что думаю, как вдруг он начинает смеяться:
— Простите, Римус, не удержался… Эх… старые добрые шуточки.
Качаю головой:
— Ты со мной так больше не шути, друг. Я ведь тоже умею.
— Простите старика. Вот, возьмите… — протягивает толстую верёвку.
Начинаю выходить из себя, но Гримз примирительно машет руками:
— Нет-нет, путы-то непростые, Римус. Их разве что сам Первозданный порвать сможет. Ну или зачарованное оружие рассечь. Вот.