— Торн, доспехи не снимай. Тем более шлем. Тебя он точно узнает. Я видел здесь парочку таких же вояк в доспехах. Всем на них плевать.
Перевожу взгляд на девушек.
— Это ещё одна причина, почему вы должны выглядеть по-другому. Лия, Иона, перед уходом обязательно загримируйтесь. Всё ясно?
Я встаю, напоследок осматриваю всех.
— Вечером все собираемся здесь. Если кто-то не явится — объявляем всеобщую тревогу, объединяемся и ищем потеряшку. По коням.
* * *
Спустя час я стою напротив невзрачной лавки с пустыми птичьими клетками. Пахнет тут отвратительнее обычного. А всё потому, что повсюду птичий помёт. Может, дворецкий ошибся? Ещё и столько денег с меня взял. Но если он прав…
— Есть тут кто-нибудь? — Я обхожу кучки помёта.
— Есть. Мы закрыты.
Не сразу различаю между рядов клеток сгорбленную бабушку. Или дедушку. Человек так измазан в «издержках работы», что чёрт поймёшь.
— Я хотел купить орла.
— Чего-о-о-о?! — Бабушка-дедушка от возмущения с хрустом выпрямляется, разом вылечив столетний радикулит. — Ты кто такой, мальчик?
Слышу, как за дверью невзрачной каменной халупы, к которой прилегает лавка, скрипят деревянные половицы. Что как бы уже странно для канализационного района, где всё из камня. Дерево — очень дорогое удовольствие. Весь этот антураж с клетками, птичьим дерьмом и старушкой в навозе — лишь для отвода глаз, чтобы новички мимо проходили. Тут вообще всё для отвода глаз. Что-то знать позволено только авторитетным или богатым. К счастью, я из вторых.
Пожимаю плечами. Дворецкий очень неохотно рассказал мне об орлах и предупредил, что за просьбу купить одного меня могут убить. И, скорее всего, так и сделают, раз я никто. Уверен, если бы не знак Смотрящего, то дворецкий не рассказал бы.
В общем, многие знают, что эта бабка отправляет письма не голубями, которых легко перехватают зачарованные городские соколы, а… зачарованными орлами. Более сильными и крупными птицами.
И это почти что единственное средство анонимной переписки на расстоянии без риска быть перехваченным. Найти дикого орла в этом мире очень тяжело, зачаровать и выдрессировать — ещё сложнее. Каждую птицу берегут как бандитского барона. Не дай бог заболеет ещё, пернатая гнида. Так что сейчас я предложил продать мне барона.
Улыбаюсь, а бабка пятится к двери.
— У тебя неприятности, мальчик. Стой-ка на месте, с тобой сейчас поговорят.
— Стою. Только ты не спеши дружков своих звать. Держи, это тебе за орла.
Мне пришлось замахнуться дважды, тем самым перепугав бабку. Первый раз рука на взмахе отказалась разжиматься и отдавать такое сокровище.