Впрочем, пребывал он в этой позе недолго.

— Ну что теперь⁈ Соизволили пошевелиться⁈

— Кажется… да, теперь меняют курс. Идут на сближение.

— Во-от… — наставительно протянул Былко-Буховцекий, — еще дед мой говорил: добрым словом… ну и револьвером, конечно… можно добиться ну практически всего. Главное — быть убедительным.

— Это уж точно, — хихикнул дежурный радарист квази-есаул Пильковский, в силу древности рода иногда позволявший себе подбавить фамильярности в разговоре с капитаном. — Скорость прибавил… чешет узлах на шестнадцати, не меньше.

Звон лопнувшего стекла был настолько резок и внезапен, что не только капитан, но и остальные вахтенные инстинктивно сжались, втягивая головы в плечи. Лишь несколько секунд спустя, когда стало ясно, что звук все-таки не был разрывом снаряда, все, как синхронно наводимые башни, развернулись на штурмана и парящую лужу рядом с ним.

Штурман был явно белее молока, которым пытался разбавить свой чай.

— Н-не бывает…

— ЧТО⁈

— Н-не бывает т-транспорта «Вяликая Мядзвядка» со скоростью шестнадцать узлов, — отбарабанил штурман. — Там паровик тройного расширения… двенадцать максимум. Больше это уже класс «Олень», дизель или паротурбина…

— Так, а в чем проблема-то? — благодушно вопросил Былко-Буховцекий. — Я не понял…

— Вот он! Выходит из-под дождя…

— Твою ж мать…

Кто из вахтенных сигнальщиков произнес эти слова, выяснить уже не успел ни капитан, ни остальные офицеры.

Из пелены дождевого шквала вынырнул корабль явно больше пропавшего транспорта, и оказался он не типичный для конфедератских судов «коричнево-ржавый», а имперский «темно-синий ночного боя». Что хуже всего, он уже развернул башенные орудия на «Баторовку».

С точки зрения флотских стратегов мегакрейсера типа «Холо» еще при рождении получились не слишком удачными. Скорость купили ценой совершенно картонной брони. За повышенное количество четрынадцатидюймовок главного калибра расплатились неудачным расположением башен. Мореходность отправилась царю морскому под хвост.

Спустя пару десятков лет, они заслуженно считались устаревшими, а потому — непригодными для эскадренного боя. Зато высокая скорость и наличие на складах большого количества снарядов старого образца делали эти корабли подходящими для набеговых операций в стиле «обстрелял и убежал».

Успеет вернуться под истребительный «зонтик» — хорошо, нет — так нет. Всяко лучше, чем потерять новый корабль.

Но «картонной» броня «Холо» стала только для главных калибров хищников покрупнее. Неудачное расположение башен вполне можно компенсировать маневром — если ты заранее уже знаешь, куда придется стрелять.