Одновременно с последними словами в небесах прогремел раскат сокрушительного грома, а лицо императора Франца-Иосифа исказила чудовищная гримаса ненависти, боли и отчаяния.

— А-а, о-о, у-ы! — пуская слюни перекошенным ртом, только и смог сказать владыка Австро-Венгерской империи, но ему уже не подчинялись не только руки с ногами, но и голосовые связки.

— Врача, скорее врача! — открыв дверь, прокричал Франц Конрад фон Хётцендорф. — Нашему императору плохо!

На эти вопли прибежал лейб-медик, постоянно находившийся подле августейшего пациента, и результат даже первого поверхностного медицинского осмотра был неутешителен.

— У нашего императора от неприятных новостей случился апоплексический удар, — сказал служитель Гигии и Асклепия, брезгливо вытирая руки платком. — Учитывая возраст пациента, даже частичное выздоровление маловероятно. Медицина тут бессильна. Возможно, сочтены даже не дни его жизни, а часы…

— Тогда немедленно вызовите сюда в Шенбруннский дворец Наследника Престола эрцгерцога Франца Фердинанда, — заявил Начальник Австрийского генерального штаба слугам, — ибо воюющая страна ни минуты не может оставаться без высшей власти. Бегом, канальи, ибо в противном случае будущий император Франц Третий вас не помилует!

6 сентября 1914 года. два часа пополудни. Вена, Шёнбрунский дворец, рабочий кабинет императора Франца-Иосифа.

Присутствуют:

Регент империи эрцгерцог Франц Фердинанд

Начальник Генштаба генерал-полковник Франц Конрад фон Хётцендорф

Примас Австрии и архиепископ Венский кардинал Фридрих Густав Пиффл

Министр-президент Цислейтании Карл фон Штюргк

Император Австрии, король Богемии, Хорватии и Венгрии, еще дышал и отправлял прочие естественные надобности, но как политическая фигура во всех частях своей державы он пребывал уже в глубоком прошлом. Правда, в Транслейтании (то есть на территории Большой Венгрии) недееспособный Франц-Иосиф продолжал считаться полноправным королем, и все дела там шли «как обычно». И вообще, эти венгры себе на уме: имеют собственное правительство и конституцию, а главенство старого маньяка воспринимают как неизбежную формальность. К тому же в Будапеште знают о планах эрцгерцога Франца Фердинанда уравнять славян с венграми и австрийскими немцами, и противятся им изо всех сил. Некоторые экстремисты (между прочим, входившие в состав правительства) уже предлагали в случае его воцарения сразу же устроить акции неповиновения, организовать мятеж и выйти из состава единого государства. Но тогда время было мирное, а сейчас момент для смены царствования подобрался щекотливый. После разгрома австрийской армии в Галиции под ударом оказывается территория самой Венгрии до самого Будапешта.