Виконт оглядел меня с ног до головы, задержал взгляд на содранных и покарябанных руках со сломанными ногтями с грязью под ними, глаза его сузились:
— Ваша светлость, быстро к себе, я все понял, и приведите себя в порядок.
— Хорошо.
По дороге обратно я встретила донью Адорию, увидев меня выходящей рано утром, от виконта она побледнела. Сделав усилие над собой, чтобы не заплакать от переутомления и бессилия я взяла Адорию за руку:
— Это не то чем вы подумали, пожалуйста, не оскорбляете меня так даже мысленно, пойдемте в мои комнаты — прошептала ей на ухо.
В спальне я разделась, Адория тихо ахнула, ноги и руки были у меня в синяках. Руки как я уже говорила в ужасном состоянии, волосы грязные, под глазами залегли тени. Бессонная ночь давала о себе знать.
— Каталина, девочка моя, что с вами.
— Адория, все расскажу позже — шептала я — помогите мне привести себя в порядок.
— Быстро в мыльню, оденьте халат, боже Каталина — из глаз сеньоры покатились слезы, она смотрела на пятна крови на моих юбках. Так начались мои регулярные лунные дни. Я обняла ее и прижалась, положа голову ей на плечо, вот при каких интересных событиях я стала девушкой в средневековье, никогда этого не забуду.
Хорошо, что у нас всегда был запас теплой воды на печи. Адория помогла мне помыться, высушить волосы. В своей спальне я улеглась на кровать, и уже проваливаясь в сон тихо сказала:
— Никому не ходить в нежилое крыло. Всем оставаться в детской, вы слышите меня? И снимите с мебели все покрывала, мы никуда не уезжаем, будьте готовы к приезду святого отца Ла Рене.
Ответа я уже не слышала, я просто провалилась в сон, а там меня ждало видение, в котором седоволосый старец глядя на меня своими мудрыми глазами, что то шептал, а я все никак не могла разобрать его слова.
Сеньора Адория, пока я спала, приводила мои ногти и руки в порядок, убрав грязь под ногтями, подрезала их, придав им одинаковую длину, все раны обработала самогоном, а затем, намазав маслом оливы, замотала их тканевыми бинтами.
Глава 20
Глава 20
— Дайте поспать человеку, что за грохот — меня выталкивало из глубины сна и снова затягивало обратно. — Да что же так кричать, то. Что за паника.
Я открыла глаза, дико хотелось спать, болела голова, болели все мышцы. Потихоньку приходило понимание, где я и снова раздался грохот, мне показалось, что весь дом покачнулся, и слава всевышнему выстоял. Я стала одевать халат и увидала перебинтованные руки, сразу вспомнила, где провела ночь. Завязала халат, сняла бинты, спрятала их под кроватью, низ живота напомнил о себе давно забытыми ощущениями, обулась.