Я с усилием сдерживала себя, а картина, словно писанная маслом жила отдельно своей жизнью под умелыми руками вышивальщицы. Шёлковые нити были дорогим материалом, да и ошибаться не хотелось, можно было испортить всю работу. Перед глазами стояли полотна, которые видела когда-то в далёком будущем. Хотелось показать объём и перспективу, эмоции персонажей и их индивидуальность.
Нити всех цветов и оттенков, лежали в корзинке. Мечтала, чтобы потомки увидели моё творчество и несомненно оценили. Увлечённо, отдав себя в конце концов всю работе, я неосознанно, шёпотом, повторяла заученную молитву. Уже совершенно не обращая внимания, на происходящее в комнате.
Подняв же недовольно голову на шум сдвигаемого кресла, столкнулась- таки взглядом с незнакомкой. И с удивлением увидела её почтительный реверанс. Женщина, таким образом, неосознанно оказала мне, ребёнку жест вежливости и почитания, как человеку более высокого социального статуса.
Незнакомка опять поразительно долго смотрела на меня, не отрываясь в упор, а потом резко развернувшись вышла, хлопнув дверью.
Просто нонсенс, такое поведение для монастыря в средние века. Не находите, мой читатель? И что она могла разглядеть на моем лице? Да кто она?
И к чему этот поклон? Совершенно невоспитанная особа, решила я изначально, но к вечеру анализируя ситуацию, нашла её весьма необычной.
А ещё подумала, что нужно вспоминать английский язык. Ведь в школе мы его учили немилосердно, зарабатывая положительные отметки.
Самообразование без учебников, по памяти дело конечно бесперспективное, но все же на сон грядущий, хоть что-то. Так повторяя, нечто пришедшее на память уснула.
Глава 3
Глава 3
Изменения в налаженной жизни, так ли они нам нужны? Ведь облик перемен он ощущается сразу. Есть люди, которые не любят те или иные метаморфозы, считая, что не все они ведут к чему-то лучшему.
А что лучшее для меня? Этот вопрос не покидал моё сознание все последние дни. Будет ли у меня хоть какой-нибудь выбор в жизни?
Напряжение в поведении окружающих меня людей, и недосказанность чего-то очень важного были сравнимы только что с грозой летним вечером, которая напряжённо собирается показаться во всей красе, взяв себе в спутники гром и зарницу.
А ведь с утра так всё было чудесно.
«— как увлекательно» , — скажите Вы.
«— возможно», — отвечу с надеждой.
Как ручейки с гор, которые тихонько прокладывают свой путь под каменистыми склонами, так и гроза подкрадывается незаметно, её манипуляции давят на сознание, обостряя интуицию.
Я что-то чувствовала в поведении служащих монастыря, росло напряжение, за вежливыми улыбками угадывалась нервозность двух служителей святой церкви. Разум улавливал изменения, пока ещё не явные, но они были очень осязаемы.