Теперь уже мужчины застыли в изумлении, глядя на меня.

— Насколько дым виден издалека?

— Все процедуры по заводу пружинного устройства мы проводим глубокой ночью. Ключи от этого отсека в трюме, где стоит печь, устройство, и жидкое топливо, есть только у капитана и сеньора Рикардо. Дым и пар выходят в специальные трубы.

— Я не заметила ни чего лишнего на палубе.

— Они вытягиваются их специальных отверстий. Изобретение Вейлра.

Антонио улыбался.

— Много ли копоти выходит при сгорании?

Капитан отрицательно мотнул головой. Уже ничему не удивляясь.

— Сестра ты знала про такое?

— Да. Но не знала, как оно устроено внутри. Почему Вейлр не поехал с вами? Чем он занят на острове?

Я уже просто боялась оставлять этого мужчину одного. «Кулибин», шестнадцатого века, мать его….

— Безопасностью острова, ваша светлость.

— Что??? Как быстро мы планируем оказаться дома?

Меня обуяло беспокойство.

Деточка, он получил в руки нечто, игрушку, которая может разнести остров, оставив на его месте груду камней.

— При таком ходе неделя, Каталина. Мы добрались до Венеции за неделю. — Антонио ловил мой взгляд.

— Как много потрясений, однако. В тайну больше никого не посвящать. Мне нужно подумать.

* * *

Беспокойный взгляд отца, он преследовал меня!

Его жена, моя подруга, она страдала от морской болезни. Бледная Жанна уже, какое утро стояла на палубе, вдыхая морской воздух, отказываясь от завтрака. Антонио не отходил от неё. Как же так? В прошлое наше путешествие не было такого. Странно.

Всё, совершенно всё уходило из-под моего контроля

Это больше не был отлаженный механизм нашего внутреннего мира. Все жили своей жизнью, хорошо, если я была их маленькой частичкой.

Собачонка, что носилась по судну и гавкала на маркизу Анну, помня вероятно о многом, что произошло с ней в Париже по вине этой высокомерной особы.

Беготня девчонок, которые сняли с себя королевские наряды, и сейчас одетые в холщёвые укороченные юбки, тёплые жакеты и штанишки играли в пиратов.

Рёв Макса, делающего свои первые шаги и не поспевающего за своими подругами. До малыша совершенно не доходило, что это уже совершенно не его подруги, а бывалые моряки. И они однозначно не возьмут его с собой, на поимку главного пирата всех морей — месье Жака, конечно же, у которого есть огромный кинжал.

Юный Арман, мой воспитанник, талантливый парфюмер, став главным почитателем Анжелик, шёпотом докладывающий ей, где в последний раз видел разыскиваемого преступника. И шпага в руках у сестрёнки, сверкнувшая в лучах полуденного солнца. Совершенно не хочу разбираться, у кого она её стащила. Кажется, Князь обещал заняться её воспитанием. Что-то видно не учёл он сегодня.