Причём системе-то про неё прекрасно известно, и она не выдавала никаких уведомлений по поводу недопустимости её присутствия на корабле, но я уже давно понял, что Федерация и Легион — это два совершенно разных явления. Федерация являлась достаточно жёстким вынужденным союзом разных народов, а Легион — частной корпорацией, зарабатывающей огромные деньги на бесконечной войне с Роем.
— Благодарю за предложение, но мы спешим вернуться на базу. Желаю вам успеха в выполнении миссии.
Мистракс медленно опустил голову, обозначая кивок, и отключился. Я постоял ещё несколько мгновений и шумно выдохнул, пошатнувшись. На меня разом обрушилось скопившееся во время битвы и побега напряжение.
— Херцер, бери управление на себя и возвращай нас домой. Потом оцени состояние корабля и доложи мне. Рокси, осмотри наши трофеи, жду твоего отчёта. Вэл, Фокс, Трой, вы на дежурстве. Мне же… нужно отдохнуть.
— Цезарь, ты в порядке? — Фурсианка первой оказалась около меня, вставая рядом и не давая упасть. Валькирия через несколько секунд подхватила меня с другой стороны.
— Да… поймал перегрузку, меня о таком предупреждали. Посплю, и всё пройдёт. Помогите дойти до капсулы, поменяю оболочку на стандартную.
— Выходи прямо здесь, как-нибудь тебя дотащим, — фыркнула эльсийка. — Сам доберёшься до кровати или помочь?
Я ничего не ответил. Был занят — терял сознание.
Глава 7
Эмилио любил март. Тепло, сухо, до сезона дождей ещё далеко. Можно спокойно сидеть по вечерам на крыльце, пить ледяное пиво из холодильника и любоваться мексиканской пустыней. Парень жил на окраине огромного трейлерного парка, от кажущегося бесконечным песчаного полотна его отделял хлипкий сетчатый забор, который он давно научился не замечать. Хоть какое-то развлечение — следить за тем, как ветер гоняет мусор и редкие перекати-поле. Лучше, чем крутить бесконечные короткие видео в лагающем смартфоне. После их просмотра Эмилио ощущал, как становится тупее.
Здесь жили те, кому повезло меньше других. Они не родились в богатых семьях или благополучных странах, у них не было возможности реализовать себя и жить нормально. Всё, что оставалось местным жителям, подданным некогда великой Мексиканской империи, — влачить жалкое существование и обслуживать богатеев. По крайней мере, так они рассуждали в перерывах между изматывающими сменами на заводах или плантанциях. Те, кому повезло немного больше, прислуживали богатым туристам.
Эмилио думал так же, но, в отличие от многих, он хотя бы пытался изменить свою жизнь. На древний ноутбук пришло письмо с очередным отказом — он не прошёл в перуанский университет по квоте для простолюдинов. Проверяющий отметил высокие результаты экзаменов и пожелал удачи в следующем году. Парень ничего ему не ответил. Привык.