Я никогда не видел ничего подобного в реальной жизни. Это вам не пламя. И совершенно не хочется узнать на собственной шкуре, как ощущается эта живая тьма наощупь. А вот познакомить с ней кошака — милое дело!

— Неплохо, мрачный, — бросила Искра, готовя новую атаку. — А теперь приготовим шашлычок!

Но Шипохвост не собирался ждать пока она замахнётся и швырнёт новый фаербол. Он метнулся вбок и ушёл за гаражи.

— Свалил? — тяжело дыша, спросила рыжая.

— Нет, сейчас вернётся, — отрезал я, перезаряжая пневмат. — Встать в круг, спина к спине! Сумрак, приготовься повторить свой трюк!

Но мы ничего не успели. Эта тварь слишком быстрая. Чудовище появилось слева и метнулось вперёд, как разъярённая тень. Его хвост снова хлестнул по воздуху. Костяные шипы сорвались с нароста. Свист рассекаемого воздуха.

— Берегись! — крикнул я и нырнул за ближайшую машину, утянув за собой Искру.

Женя и Борис упали на землю. Сокол выругался и отскочил за другую тачку. Сумрак среагировать не успел. Точнее, среагировал неправильно. Он развернулся к твари. Перед ним начали возникать потоки тьмы, формируя колышущийся барьер.

Сумрак активировал навык: «Теневой щит».

Костяные шипы прошли сквозь зыбкую пелену, даже не заметив её. Раздался влажный, мерзкий звук. С таким нож входит в сырой кусок мяса, если засадить с размаху. За ним последовал сдавленный хрип.

Сумрак пошатнулся, его недоделанный щит развеялся. Парень рухнул на асфальт. Два шипа торчали из броника, а вот третий… вонзился в шею. Тёмные глаза удивлённо распахнулись. Он захрипел, изо рта потекла кровь.

— Сумрак! — закричал второй Ратоборец и, матерясь, отшвырнул пневмат.

Вскинув винтовку, он прицелился и выстрелил. Пуля срикошетила от брони на теле Шипохвоста, но лишь расколола одну из пластин. Кошак зашипел, метнулся вбок и попытался подобраться ближе.

Женя, не говоря ни слова, вскинул ТТ. Раздались два сухих хлопка. Пули взбили пыль рядом с лапой мутанта, заставив его с рычанием отскочить в сторону, за брошенный «жигулёнок». Арбалетный болт Бориса с глухим стуком вонзился в дверцу машины.

— Гадина! — взревела Искра, и с её ладони сорвался огненный шар размером с теннисный мяч. Он врезался в старую машину, и та с оглушительным грохотом взорвалась, окутав всё вокруг клубами чёрного, едкого дыма горящей резины и пластика.

— Твою мать! — зарычал я, но слишком поздно. Мы уже устроили дикий шум, которого собирались избегать.

— Ой… — сказала Искра. — Я не хотела её взрывать!

— Просто удачно попала, — сквозь зубы проговорил я.

Видимо, фаербол прожёг стенку бензобака или нагрел его до появления искры, вот пары бензина и сдетонировали.