Теперь, когда я сказала о Захарове, мам спросила уточняюще:

– Босс? Ну, и как он? Не как этот твой... предыдущий?

Я заверила:

– Нет, мама, он серьезный, работает много, относится ко мне уважительно.

Отец, Максим Сергеевич, оказался рядом, пробурчал в трубку:

– Лишь бы не обманывал, как тот. Ладно, не буду портить момент. Пусть у вас все получится. С мамой желаем вам счастья, Виолетта. Как-нибудь приди с ним в гости к нам. Посмотрим на него хоть.

Еще поговорив, я сбросила вызов с облегчением: родители верили в меня, и мне не пришлось врать или оправдываться. Они доверились моему выбору.

Проснувшийся Костя слышал наш разговор, лежа рядом и гладя мою спину. Улыбнулся, когда я отложила телефон, и потянулся ко мне пожелать мне доброе утро.

С родителями Захарова все сложилось тоже отлично. Если его мама, Илона Андреевна, сразу была расположена, то отец, Геннадий Иванович, тоже бизнесмен, как и сын, приглядывался, находясь в сомнениях на мой счет. Не хотел, чтобы я оказалась одной из охотниц за богатством, мечтающей продвинуться по карьерной лестнице за счет своей... работоспособности иного характера. Ну, и все в таком духе.

Я доказала, что мной можно гордиться и ни в чем нехорошем не подозревать. На работе всегда была на высоте – кропотливо готовила отчеты, добивалась целей своим трудом, не прося поблажек. На встречах с о Геннадием Ивановичем рассказывала о проектах и постепенно его настороженность таяла.

Итак, все складывалось идеально: наши семьи принимала наш союз. Наши отношения крепли, а я наслаждалась жизнью со своим мужчиной – утренние секс-марафоны, вечера после работы релакс на террасе, где мы однажды занимались любовью под звездами. Я получала подарки, которые Костя дарил щедро, не требуя ничего взамен. Чтобы быть полезной, помогала не только с делами в компании, но и ухаживала за своим любимым боссом, как могла. Порой самостоятельно готовила еду и решала разнообразные домашние вопросы без участия персонала.

Но однажды чуть не поссорились.

Это случилось вечером, когда мы вернулись домой после работы.

– Ты почему не принимаешь мое кольцо? – сурово произнес Костя, держа передо мной открытую шкатулку. – Скажешь, что слишком дорогое?

– Я поверить не могу, что ты в самом деле делаешь мне предложение, – буркнула в ответ, отступая на шаг, но он подошел ближе, нависая надо мной.

– То есть мои слова «ты моя женщина», «невеста» – это пустой звук? – сдержанно проговорил Захаров, но видно было, как злился. – Я тебя своим родителям представил для чего?

– Тот случай произошел внезапно, – напомнила первую встречу с его родителями в кабинете.