Я вздохнула и пошла следом.
Посреди заднего двора, в стороне от домов и сараев пылал горшок. Марек держал над ним руку, поддерживая ровное пламя, а Винтон периодически подсыпал гадость из мешка. Все быстро, чисто и аккуратно. Вот только запах стоял… Я фыркнула и сняла с пояса мешочек с зельями первой необходимости. «Душка» там тоже была. Эта мазь полностью отбивала запах чего-либо. Очень удобно после практикума по некромантии или уборки в монстрятнике. Айлира варила «душку» каждую неделю по ведру, и все равно она расходилась быстрее гламарии.
Подойдя к своеобразной печи, я поманила к себе метелку, сорвала с нее грязную тряпку-маскировку, вытерла пальцы, смазанные мазью, о тряпку и швырнула ее в огонь. Вонь почти сразу исчезла, и парни высказали свое одобрение:
— О, Мейта, что ты туда бросила?
— Тряпку с «душкой», — честно ответила я и добавила: — Два серебряных за коробку.
— Ведьму на дело брать выгодно! — хмыкнул Винтон, бросая в костер мешок.
— Еще как! — согласился Марек — он стоял ближе всех к огню и старался не дышать из-за вони.
Глава 5
Костер дымил и чадил довольно длительное время, и пекарь ушел в дом проверять еще одну бадейку теста, которую он поставил, пока мы занимались пирогами.
— Все, — утер пот Марек, размазывая по лицу сажу, — можно закапывать.
— Закапывать? — удивилась я.
— Мейта, — укоризненно посмотрел на меня Винтон, — третье правило магистра!
Я только глазами хлопнула.
— Все остатки любого магического ритуала следует предать земле или проточной воде!
— Я же ведьма, — выкрутилась я, — мы ритуалы еще не проходили!
Парни пошли искать лопату, а я из любопытства заглянула в горшок. Там все еще рдели угли, и один особенно яркий… Метелка вдруг толкнула горшок, и он рассыпался на черепки, а мне под ноги отлетело яйцо! Самое обыкновенное, куриное. Горячее, пышущее жаром и магией. Метелка тут же забросала его землей, а потом снова подтолкнула ко мне.
— Это мне? — спросила я шепотом. Артефакт, конечно, не ответил, но снова подтолкнул яйцо ко мне. Я осторожно присела на корточки, коснулась его через фартук, поняла, что это терпимо, и забросила яйцо в поясной кармашек. Потом разберусь!
Тут вернулись парни. Они присвистнули, увидев разбитый горшок, но быстро выкопали ямку и похоронили черепки и пепел.
— Все, можем идти спать, — зевнул Марек.
— И поскорее бы, скоро петухи запоют! — поежился Винтон.
Если честно, я думала, что Биркас запер дверь и подпер ее изнутри кочергой. Ну зачем ему впускать трех чумазых студентов, когда пироги уже слеплены, а крысы и слизни вытравлены? Но пекарь меня приятно удивил — дверь легко отворилась, и у двери нас ждали ведра с кипятком, полотенца и мыло.