— Мама, колесо отломалось! Совсем отломалось, почини! — Рустам надул губы, преданно заглядывая мне в глаза. Он не понимал, что происходит. Он не знал, что его отец больше никогда не войдет в эту дверь. Для него мир всё еще оставался безопасным, пока рядом была мама.

Вид сына подействовал на меня как ушат ледяной воды. Раздрай и паника мгновенно отступили, уступая место материнскому инстинкту. Я глубоко вздохнула, заставляя свои задрожавшие губы растянуться в мягкой, успокаивающей улыбке. Ради него я должна быть сильной. Ради него я пойду на сделку хоть с самим дьяволом, если потребуется.

— Ну-ка, иди сюда, мой аварийный комиссар, — я опустилась на корточки, притягивая Рустама к себе. Его родной, теплый запах лавандового мыла и детской присыпки немного утихомирил бурю в моей груди. Я взяла кухонное полотенце, смочила его водой и аккуратно принялась вытирать шоколадные разводы с его щек и носа. — Где ты так испачкался, чудо? Мы же договаривались, что сладкое только после каши.

— Это не я, это мишка хотел шоколад, а я ему помогал, — серьезно соврал сын, смешно шмыгая носом. — Мама, а папа скоро приедет? Он обещал привезти мне большой кран. Синий.

У меня перехватило дыхание. Горло сдавило спазмом, а к глазам подступили жгучие, соленые слезы. Я до боли прикусила внутреннюю сторону щеки, чтобы удерживать контроль. О господи, только не реветь перед ребенком. Только не сейчас. Мурат… мой муж не был ангелом, но он очень любил сына. Но теперь его больше нет. И вместо него в нашу жизнь бесцеремонно, с оружием и миллионами, вламывался его старший брат.

— Папа… папа сейчас очень далеко, малыш, — мой голос едва заметно дрогнул, но я быстро справилась с собой, забирая из его рук сломанную игрушку. — Он уехал в очень долгую командировку.

Рустам нахмурился, его карие глаза стали серьезными, совсем как у взрослых.

— Никогда не приедет?

— Иди сюда, маленький, — я крепко обняла его, пряча лицо в его мягких кудряшках, чтобы он не видел, как я судорожно зажмурилась. — Мама всегда-всегда будет с тобой. Слышишь? Всегда.

Я поднялась, чувствуя, как внутри меня кристаллизуется жесткое, беспощадное решение. На часах было уже одиннадцать утра. Скоро приедет его бронированный внедорожник. Скоро Бес явится за своей добычей.

Я прошла в прихожую, где у стены уже стояли два больших чемодана с моими вещами и огромная коробка с игрушками Рустама. Я окинула взглядом этот дом. Наш светлый, уютный дом. Теперь всё это оставалось в прошлом. Тимур вырвал меня с корнем из моей привычной жизни, лишил выбора, растоптал мои планы вернуться в Санкт-Петербург к родителям. Он заставил меня подписать этот чертов брачный контракт.