— Мя-а-а-у!

— Истина не зависит от того, как ты к ней относишься, дорогая моя! — наставил на Изьку указательный палец Джон Аластарович. — Истина это не про позиции и точки зрения. Истина — она про неотвратимость. И неизбежность!

— Мя-а-а!

— Можно, я её выпущу? — осмотревшись, и не обнаружив другого кандидата на согласование, обратился я к профессору. — Что-то нервничает… хотя обычно она переноску лучше, кхм, переносит…

— Какая дивная тавтология! — восхитился Дэвис. — Конечно, выпускайте! Кто мы такие, чтобы покушаться на свободу живого существа?

— Вылезай, чудовище! — вжикнул я молнией переноски, даже не потрудившись поставить её на пол.

Этого, впрочем, и не требовалось — кошара дымчатой молнией сиганула вниз, и столь же неуловимо быстро оказалась подле профессора, с разбегу теранувшись о его штанину — чёрную, идеально выглаженную, с острейшей стрелкой. Потом узрела собственное отражение в начищенном до блеска носке профессорского штиблета, фыркнула, и запела-замурчала, нарезая круги вокруг Милкиного научного руководителя.

— Весьма польщён, Изольда Венедиктовна! — на голубом глазу заявил тот.

А потом, улучив момент, упруго и одновременно грациозно нагнулся, сграбастал котейку под пузо, да принялся наглаживать её по холке, расположив животинку на сгибе левой руки.

— Фу, Джон Аластарович, она же линяет! — скривилась Милли, когда один волосок, изобразив несколько кульбитов в воздухе, спланировал ей прямиком на кончик носа. — Вы же весь в шерсти будете!

— Я и без того в шерсти, Амелия свет Лукинична! — не прерывая своего занятия, улыбнулся Дэвис. — Знали бы вы, какого качества шерсть пошла на этот костюм! И чего мне это стоило!

— Ну, сами потом будете с Авдотьей Семёновной объясняться!

— И объяснюсь! — нахмурился профессор. — Куда ж я денусь-то?.. Да, Изольда?

— Мя-а-а-у!..

— Что ж, молодые люди! Не буду и дальше держать вас на пороге, в конце концов, это просто невежливо с моей стороны! — всплеснул руками — и заодно Изольдой Венедиктовной — Джон Аластарович. — Что обо мне скажут люди? Я-то, понятно, что им отвечу — э ди тэ жё!.. Ну, вы поняли!

— Да-да, профессор, мы поняли! — горячо заверила Милли.

Ну а я промолчал, поскольку всё это время силился сохранить невозмутимую физиономию, хотя мне и очень хотелось заржать, аки конь. Возможно, троянский. Но не исключено, что и педальный, хе-хе.

— В Бристоль, друзья! Э-э-э… я хотел сказать, в храм знаний! Разумеется, именно так! Идёмте, идёмте!..

* * *

Спрашиваете, с чего бы это я опять напросился на аудиенцию к Милкиному научному руководителю? Так известно, с чего — разжиться информацией. И нет, не к размышлению. Наразмышлялся я уже досыта, аж весь вчерашний день. Милка по своим делам отправилась, я же, отметившись в околотке, вернулся домой и зарылся с головой в сеть. Ну и ещё чуть-чуть в литературные источники, кои заполучил в прошлую субботу сугубо по недосмотру одного доктора геолого-минералогических наук, по совместительству библиотекаря. И мне теперь тупо не хватало данных, чтобы прийти к какому-то определённому выводу. Да-да, я про ночного визитёра. Того самого призрака с красными буркалами, что поведал мне душещипательную историю попаданца Ефима Светлова. Ту самую, в которую я до сих пор не мог поверить. Да и вообще, где гарантия, что это всё — я про ночные поболтайки — мне не привиделось? Забавно, кстати: привидение — привиделось. А что делать⁈ Иного выхода-то нет! Ибо сказано — не помню, кем именно, но кем-то очень умным: в любой непонятной ситуации приваривай подшипник! Тьфу, не то! В любой непонятной ситуации обращайся к первоисточнику — вот теперь правильно. А первоисточник у нас кто? Вернее, что? Правильно — книги. А те, что по нужной мне тематике, пребывали в распоряжении Джона Аластаровича. Нет, понятно, что где-то ещё тоже есть, да пусть даже и в сети, но! Я тупо не знал, что именно искать, куда податься. Даже с чего конкретно начать! И да, вчерашние бесплодные попытки тому доказательством. Следовательно, что? Правильно — нужно спросить у человека знающего. Вот я и озадачил Милли с утра пораньше. Вчера, то бишь в пятницу. Ночью уж не стал, ибо чревато. Да и самому сначала нужно было переварить откровения одной из многочисленных проекций Великого Кого-то Там на обширные просторы игрового континента Энастрия. Да-да, превентивно озадачил, поскольку точно знал, что с кондачка такие вопросы не решаются. Ну а оставшееся время потратил с какой-никакой, а пользой — ещё раз просмотрел то, что уже было в наличии, да по сети пошастал. А там подошло время возвращаться в «Ратное дело», чего я, честно говоря, страшился. Однако, как показала практика, напрасно — при свидетелях Ефим никак себя не проявил. Главное, новыми способностями не злоупотреблять и самому на неприятности не нарываться. Ну, там, на Флекс через второй топослой смотреть, и всякое такое…