С сожалением я понял, что поток энергии значительно уменьшился — усиление души подходит к концу.

Через минуту я понял, что нахожусь в Башне. Рядом со мной стоял Тимур — у него были открыты глаза, и он что-то шептал себе под нос.

— Рад тебя видеть! — искренне сказал я, не соврав. Сейчас я рад увидеть любое живое существо. — Ты теперь можешь открыть глаза?

Тимур быстро закрыл их, но уже понял, что спалился. Он неохотно приоткрыл их и кивнул.

— Ты восстановился? — спросил я. — Оправился после моего посмертного проклятия?

— Неважно, — прохрипел он. — Триста лет. Триста лет я бродил по этой чёртовой пустыне. Триста лет…

Он начал повторять одно и то же слово.

— Ты в порядке? — спросил я настороженно.

Тимур вздрогнул. Он быстро зажмурился.

Я ощутил всплеск магии от него и отошёл на несколько шагов, готовый к битве. Но вскоре я понял, что его магия была направлена на работу с собственным разумом. Видимо, он удалял эти триста лет своей жизни.

Я прикрыл глаза.

К сожалению, у меня нет таких способностей. Зато у меня есть связи с Бориславом, и он обязательно найдёт для меня подходящее зелье, которое сотрёт ненужные мне воспоминания — если я того пожелаю.

Но, в отличие от Тимура, я гулял по этой пустыне всего лишь пять лет.

Интересно, почему такая разница? Может, это привилегия претендента с исключительным потенциалом? Или Башня поняла, что я уже давно прошёл это Испытание и нет смысла проверять меня дальше?

Всё же для меня что пять, что десять, что пятьдесят лет прошли бы примерно в одном и том же ритме — я бы просто жил на автопилоте, не особо ощущая разницу времени.

Только вот неужели у Тимура нет подобных методик? Уж у него, я думал, будут способы противостоять одиночеству.

Убедившись, что Тимур не собирается меня атаковать, я обновил воспоминания клонов.

Это оказалось очень полезно — я прожил прошедшие трое суток четырьмя разными жизнями. Эти дни были такими яркими, полными дел, общения. И всё это — часть меня.

Мне уже не так сильно хотелось общаться со всеми подряд, хех. Но всё равно, не хочу больше тут оставаться. Соскучился по дому.

— Ты же менталист, — сказал я, когда Тимур открыл глаза. Он выглядел гораздо спокойнее. — Неужели не мог что-то там сделать?

Тимур скосил на меня глаза и сказал:

— Там невозможно использовать магию.

— И что? — я приподнял брови.

— Как я могу работать со своим разумом без магии? — он вопросительно посмотрел на меня.

— Ну ты же маг разума, — пожал я плечами.

— Вот именно, маг, — он надавил на последнее слово. — И не забывай — я пробыл там триста лет.

Тимур посмотрел на активированную седьмую арку, покачал головой и сказал: