Вечером дома, после небольшого, формального, можно сказать, скандала по поводу испорченной одежды, меня переодевали и вели за стол, к гостям. Некоторые гости приходили с детьми, за что им мое пламенное революционное мерси: благодаря гостевым детям не всякий праздник был безнадежно испорчен. С некоторыми гостевыми детьми удавалось даже как-то воплотить в жизнь собственные представления о революции: побегать, пострелять (не из хлопушек, увы, из водяных пистолетов) и вообще как следует повеселиться.
А взрослые сидели за столом, ели еду и пили напитки. На следующий день у них были похмелье и изжога, но праздником они оставались довольны. Все как у людей, дескать.
И стоило вообще затевать всю эту канитель с революцией?
Оно ведь так выходит, что сколько невинной кровищи ведрами ни пей, а дело непременно кончится тем, что детей выпустят во двор нарядными, а взрослые люди выпьют и съедят больше, чем обычно.
Революции, выходит, нужны, чтобы диетологам насолить.
Иного предназначения у революций, как понимаю я, нет.
Эта книга посвящается М.,
чьи ежеутренние страдания подвигли меня придумать и провозгласить вот эту декларацию прав совиного народа:
Все, хватит.
Надоело мне ваше утро.
Ночные магазины, аптеки, кафе и рестораны, хвала Аллаху, уже есть.
Заправочные станции и железнодорожные кассы работают круглосуточно.
И еще много чего работает круглосуточно.
Все это, конечно, хорошо.
Но вся эта лафа — исключительно для удовлетворения потребительских нужд.
А ведь людям приходится не только жрать и заправлять автомобили, но еще работать, учиться, заниматься какими-то дурацкими делами, общаться с государственными учреждениями, назначать свидания водопроводчикам и т. п.
Все это мы, совы, в лучшем случае похериваем. В худшем случае мы от этого умираем молодыми.
Пора бы уже адаптировать общественную жизнь к нашим совиным потребностям.
В каждой уважающей себя организации должен быть специально обученный ночной сотрудник (или несколько), с той же квалификацией и полномочиями, что и дневные.
Ночная смена должна появиться в государственных и правительственных организациях. В первую очередь — в органах государственной власти. Могу спорить, ночной парламент, законно избранный на ночных выборах, будет не таким позорищем, как нынешний, дневной. Вполне может сложиться так, что с шести вечера до шести утра мы будем жить по более-менее разумным законам. (Жаворонкам кусочек такой хорошей жизни тоже, между прочим, перепадет, пусть не отчаиваются.)
В школах должна быть ночная смена, где совы-учителя учат сов-детей. (Только не говорите, что сов-детей не бывает: мы бываем. И перевоспитанию не поддаемся. Вот такие у нас хреновые биоритмы.)