Первыми, как и следовало ожидать, наших укреплений достигли зуавы 2-го полка, хорошо заметные благодаря своему экзотическому обмундированию.

— Надо же, как турки расхрабрились! — немного удивился плохо разбиравшийся в форме вражеской армий лейтенант Обезьянинов и приказал открыть огонь.

Находившиеся под его командой морские стрелки произвели дружный залп, разом убавивший энтузиазм покорителей Африки. Затем последовал еще один, после чего матросы десантного батальона перешли на беглую стрельбу. Укрытые за брустверами матросы методично расстреливали находящихся внизу вражеских солдат и офицеров, совершенно не опасаясь ответного огня.

А когда понесших значительные потери зуавов догнали колонны 3-го морского полка (имелся и такой в составе 3-й дивизии французов), к делу подключилась русская пехота. И пусть их гладкоствольные ружья не могли сравниться по дальности и точности с куда более современными штуцерами, на таком расстоянии и при залповой стрельбе это не имело особого значения. Наступление французов застопорилось, а затем…

Что должен сделать хороший строевой офицер, видя перед собой стройные шеренги врага? Разумеется, построить собственных подчиненных и повести их на супостата, чтобы, так сказать, отведали силушки богатырской! Потому как сам великий Суворов завещал, что пуля она непременно — дура, а штык ­– молодец!

Генерал-майор Андрей Осипович Брунер, это мнение, безусловно, разделял и потому, видя, что противник замешкался, пришел к выводу, что пора пришла. и приказал подчиненным строиться. Но на его счастье или беду, тут уж как посмотреть, эти движения были хорошо видны с моего командного пункта.

— Что там происходит? — удивился я, разглядывая открытые с тыла люнеты через подзорную трубу.

— Брунер собирается контратаковать, — мрачно заметил Любимов, после чего, неверно истолковав мое удивление, добавил. — Рискованно. Лучшие батальоны Брестского и Белостокского полков теперь на Кавказе, а у него одни запасные. Да у них даже замки на ружьях кремневые!

— Черт! Юшков, немедленно ординарца к Брунеру. Войска вернуть назад, генерала ко мне!

— Разумно ли оставлять подчиненных без руководства во время боя? — попытался возразить Гогинов.

— Лучше уж совсем без руководства, чем с инициативным болваном!

К счастью, большой крови удалось избежать. Вышедшие было на обратный склон батальоны вернули, но даже за эти несколько минут, зуавы успели нанести им существенные потери, убив и ранив трех обер-офицеров и почти два десятка нижних чинов.

Пока войска принца Наполеона сражались, части 2-й дивизии, командование которой сохранил за собой генерал Канробер, предприняли попытку прорваться восточнее деревни Алма-Тамак, где их встретили батальоны Минского и Московского полков под командованием Тимофеева.