Вздохнул король Пётр I, выпил чашку кофе, растёр виски и продолжил приём. За день принял сто человек. Всех записавшихся на этот день. До позднего вечера сидел. Восемьдесят две чахотки, одиннадцать непонятных болезней, которые можно, пусть некоторые и условно, свалить на отравление спорыньёй. И только семь проблем с улаживанием земельных или других наследственных споров.
Когда принёс лист с просьбами через полчаса канцлер, еле живой, старенький же, то картина почти не изменилась, ещё семьдесят пять чахоток, и пятнадцать подозрений на спорынью. И опять всего несколько имущественных споров. Типа, «Наши ведь Коровьи лужки».
Вывод напрашивался сам собой, нужно на юге в горах организовывать санатории и туда выписывать тех, кто обучался у Матрёны. И этих санаториев нужно не пять и не десять, а чуть не тысячу. Весь Тироль покроется лечебницами.
Вот брякнул со сцены театра ерунду, надеясь быстро экономику вперёд толкнуть. Толкнул. Пинок целый получит. На приём уже записалось несколько тысяч человек и поток не иссякает. И треть не граждане Баварии. Уже весть распространилась по ближайшим курфюршествам и герцогствам, а ведь и до Вены завтра докатится, там богатых людей, с жёнами или детьми больными чахоткой, в разы больше, чем в маленькой Баварии. А дальше? Вся Европа? Придётся из Тироля делать всесоюзную здравницу. Нужно строить массово бальнеологические курорты и открывать медицинские университеты, как там эта отрасль медицины называется? — пульмонология. Или здесь вирусология?
Чуть проще со спорыньёй. Нужно собрать завтра всех газетчиков, руководителей городских советов и… мельников, пожалуй. Не должны принимать не перебранное от рогов сатаны зерно. Ещё нужно бросить клич о переходе на выращивание кукурузы. Несколько лет покупать зерно в других странах, перебирать и только из такого зерна муку молоть, а скотину кормить кукурузой. Да и хлеб можно с добавкой кукурузной муки делать. Лет пять и спорынья почти исчезнет, особенно, если бороться с овсюгом. И здесь же возможна глубокая вспашка. Купить к чёртовой матери всем плуги нормальные.
И о чём думал? Хотел, как Соломон, сидеть на троне и споры мудрым решением своим пресекать. И? Люди ведь поверили. Священники? Отец Ираклий в Студенцах помог справиться со спорыньёй.
— Камрад Готлиб, а вызови мне на завтра епископа Иосифа Якоба фон Хеккенсталлера из Фрауэнкирхе или собора Пресвятой Девы Марии. — Брехт секретаря себе завёл под стать. Выбрал из гренадёров, что братики привезли последней партией, грамотных, таких семнадцать оказалось. Загадки им всякие позагадывал и математику проверил. Осталось три вполне себе нормальных хлопца. Вот, из них самого высокого и принял в секретари. Рост у парня как у самого короля Петра и вообще немного похож. Нос с горбинкой. Кудри пшеничные, глаза синие. Красавец, да и только. Ну и кулак с голову нормального человека. Это чтобы посетители не расслаблялись.