– Как твои ребята?

– Нормально. – Дан помолчал. – Уже.

– Я слышал, капитан решил оставить вам четвертую долю.

– У Штыка была семья.

– С пониманием. У меня тоже была. – Менсалиец сплюнул на камни и серьезно посмотрел на Баурду: – Хочу, чтобы ты еще раз проверил склоны. Может, следы какие найдешь.

– Спорки?

– А чьи еще? Пойдем.

Мужчины отошли к стене, поднялись по скрипучей лестнице на площадку ближайшей башни и остановились у парапета. Отсюда открывался потрясающей красоты вид на долину, по которой текла быстрая река. Поросшие лесом склоны, одинокие скалы, серыми исполинами возвышающиеся среди деревьев, и грандиозная гора складывались в замечательный пейзаж, достойный кисти художника, однако ни Дан, ни Берт сентиментальностью не отличались. Они видели не восхитительную природу, а территорию, с которой может прийти враг.

– В первую очередь осмотри ее. – Секач указал на кривую гору. – Мы следили за спорки с ее вершины, возможно, сейчас они занимаются тем же.

– Может, выставим там пост? – предложил следопыт.

– Может, и выставим, – кивнул Секач, но было видно, что отправлять своих парней в опасный дозор менсалиец не желает. – А пока проверь.

– Хорошо.

– Потом осмотри террасу, подумай, смог бы ты подняться по ней? Осмотри внимательно, не хочу, чтобы однажды ночью ипатые спорки полезли через стены.

– Хорошо.

– А потом поднимись на нашу красавицу. – Менсалиец повернулся и задрал голову, разглядывая вершину храмовой горы. – Отыщи место для поста. Не хочу, чтобы сверху посыпались гранаты.

Выгрузив десант, цеппель отправился на поиски селения спорки. Радио на Ахадире не работало, связи с Вандаром не было, и оставшийся без поддержки с воздуха Берт слегка нервничал.

– Задача непростая, – протянул Дан, разглядывая окрестности. – Ребята у меня не железные, за оставшееся до ночи время не управимся.

А разделиться не получится, потому что игуасцев осталось трое.

– Тогда начинай с нашей горы, – решил Секач. – Там и ночуй. А завтра спустишься, расскажешь, как там дела, и пойдешь на кривую.

– Хорошо.

Берт кивнул, словно утверждая согласие разведчика, и перевел взгляд на клетку, что его парни мастерили у дверей храма.

– Ты уверен насчет двух дней? Раньше мыры не высунутся?

– Не высунутся, – уверенно ответил Дан. – Сейчас они сыты и наверняка сделали запас…

А перед глазами встал уходящий во тьму коридора Штык. Отличный следопыт и отличный солдат, безропотно отправившийся на убой. Мясной запас для проклятых мыров, умеющих влезать в мысли людей…

– Дня через два проголодаются. Не раньше.

«И тогда я их убью. За Штыка!»