Галанит перевел взгляд на крыльцо и увидел две каменные руки, держащие огромный красный камень.
– Делитесь впечатлениями?
Вандар прокричал вопрос от самых дверей. Затем шумно протопал через мостик, на ходу велев рулевому: «Командуй самый малый, цепарь, мы почти на месте», и остановился рядом с Осчиком.
– Очень красиво, – спокойно ответил галанит, не опуская бинокль.
– А внутри он еще красивее, чтоб меня манявки облепили! – заржал Вандар.
– Откуда ты знаешь, Жак?
– Я знаю, сколько стоят потроха этого капища! Такая куча денег не может быть некрасивой.
Осчик тихонько вздохнул, но промолчал.
– Спорки видны?
– Нет.
– Значит, все по плану. – Капитан повернулся к рулевому: – Зависай над площадью. – И вновь обратился к галаниту: – Пока вы тут любовались красотами, мы с Даном обсудили детали…
К храмовому комплексу вела единственная дорога, точнее – широкая тропа, серпантином спускающаяся от террасы и уходящая куда-то на запад. Недалеко от ворот она обрывалась, а через пропасть был переброшен каменный мост.
– Первая команда – четыре человека с «Шурхакеном» – перекроет мост, – продолжил Вандар. – Следующие две группы отправятся прочесывать здания. Всего пойдет двенадцать человек.
– Звучит разумно, – кивнул Осчик.
– А если первым ребятам ударят в спину? – буркнул Хеллер. – Если спорки не ушли, а прячутся в домах?
– Отобьются, – махнул рукой капитан. – Да и мы прикроем.
Ощетинившийся пулеметными и орудийными стволами «Доктор» завис над площадью.
– Будем верить в удачу! – провозгласил Вандар. – Все, что нам нужно, – пойти и взять наши красные камешки, чтоб меня манявки облепили!
Глава 5, в которой путники находят цеппели
– Поговоришь с нами? – тихо спросила Привереда, когда Грозный остановился попить.
Он присел на камень и принялся зачерпывать воду, бездумно глядя в поток, вот девушка и решила, что момент подходящий. Заговорить с Грозным хотели все путники, но только у Привереды хватило на это смелости.
– Поговоришь?
– О чем? – бесстрастно поинтересовался лысый.
– Не о чем, а почему. – Привереда присела рядом. – Потому что нам страшно.
Она ответила искренне, и даже Рыжий не возмутился.
Все правильно: потому что страшно. Потому что чудовищная смерть Свечки вызвала в памяти не менее ужасную гибель офицера. Потому что никто из них до утра не сомкнул глаз, и никто ни с кем не разговаривал. Потому что сейчас им нужен был вожак.
На рассвете Грозный перенес растаявшую Свечку к скале, и мужчины помогли ему завалить девушку камнями. Потом позавтракали – молча сгрызли по куску холодного мяса и отправились в путь. Прыгали по камням, шепча про себя молитвы или проклятия.