Зеваки начинают разбегаться. Диспетчер вызывает пожарных. Капитан вижилана качает головой и призывает святого Хеша позаботиться о цепарях. Капитан вижилана понимает, как это обидно – попасть в катастрофу на выходе из Пустоты.
Следующий взрыв – кузель.
Разлетается котел, турбину разносит вдребезги, носовая половинка окутывается клубами пара и камнем летит к земле, врезаясь в нее с ужасающим грохотом. Следом падает корма. Безобразная куча обломков, еще несколько секунд назад бывших гордым цеппелем, окутывается пламенем, и завороженные редким зрелищем люди, думают одно:
«Погиб!»
Эпилог, в котором кто-то копается в себе
Пусто, пусто, пусто…
Пусто повсюду: вокруг, внутри… Главное – внутри.
Пусто от того, что нет родичей. И Лидера – тоже нет. Верных, надежных родичей и умного, доброго Лидера. Их нет. Всех, кого он любил, больше нет. И пусто от того, что они не потерялись, а ушли навсегда, перестали жить, оставив его одного.
Пусто и страшно.
Стуро запрыгнул на большой камень, вросший в берег у самой воды, уселся и поднял морду к чужой звезде.
Пусто.
Нет больше любимых, и нет Теплого, что ласкало родичей несколько последних дней. Удивительного Теплого, рядом с которым Стуро чувствовал себя совсем другим. Теплое навевало необыкновенные сны и… мысли. Не короткие обрывки о насущных потребностях, а странные, завораживающие мысли о том, кто есть Стуро и что его окружает. Теплое проникало в самую суть Стуро, и ему это нравилось.
А теперь Теплого нет.
И родичей нет.
И Лидера.
И все, что осталось, – слово. Его имя – Стуро. Первое слово, которое охотник запомнил. Первое слово, которое обрело для охотника смысл.
«Я – Стуро!»
Грусть не уходила, но теперь охотник знал, что сможет ее победить. Потому что стал другим. Потому что Теплое открыло ему Слово, и это лишь первый шаг к новому. Главное не останавливаться, искать другие Слова и двигаться вперед. Всегда идти вперед.
– Кхе-ер! – сказал Стуро чужой звезде.
– Кха-ар! – простился он с Лидером и родичами.
– Кхы-ыр! – поблагодарил Теплое.
После чего спрыгнул с камня и трусцой побежал вдоль реки.
Спорки
Спросите любого жителя Герметикона, что страшнее всего на свете? И услышите: Белый Мор. Шестьсот с лишним лет прошло с той страшной Эпохи, но память о ней не потускнела. Спасения от Белого Мора не было тогда, нет и сейчас, он просто ушел, уничтожив больше половины человечества. Наглядно продемонстрировав, насколько слабы и беззащитны люди.
Именно в Эпоху Белого Мора случилась вторая волна колонизации, именно тогда были заселены многие миры, образующие нынешний Бисер. Обезумевшие люди готовы были бежать куда угодно, лишь бы подальше от страшной заразы, и даже вероятность навсегда потерять связь с человечеством их не смущала – люди хотели жить. Одних вели адигены, другие просто сбивались в толпы и шли к пирамидам Вечных Дыр. Одни не забывали прихватить инструменты и оружие, продовольствие, семена и домашних животных. Другие напоминали бегущих от пожара зверей, не задумываясь над тем, что ждет их в новом мире. Эпоха Белого Мора была эпохой хаоса и паники. Эпохой ужаса. Эпохой смерти. А когда смерть рядом, о будущем не думают.