– Пулемет!

– Уже!

Двое менсалийцев подтащили резервный «Шурхакен» и врезали по втекающим внутрь спорки. Мгновением раньше из-за дома выкатился «Макнаут», а еще через пару секунд установленный на крыше прожектор осветил двор. Два ствола: «Шурхакен» и танк, не позволили нападавшим быстро углубиться в комплекс, и спорки стали растекаться между домами.

– Хотели обмануть, чтоб меня разорвало! – заорал подоспевший Секач.

– Я думал, ты на стене, – крикнул Дан, уверенно сняв из карабина прячущегося за колодцем спорки.

– Я везде, – хохотнул Берт. – Кто проипал ворота?

– Курт, – доложил какой-то менсалиец.

– Где он теперь?

– Был в башне.

– Значит, отправился к Праведникам. – Секач прищурился. – Баурда, отправляйся на стены, а я закончу здесь.

– Наблюдатели докладывают, что внизу перестрелка, – сообщил старпом поднявшемуся на мостик капитану. – Очень оживленная.

– Как я и думал. – Вандар зевнул. – Спорки не удержались и сами себе подгадили.

– Чем подгадили? – не понял подошедший Осчик.

Галаниту не спалось – возбуждение, охватившее его при разгроме поселка, не ушло, перед глазами то и дело вставали картины разрушения, и Вальдемар без сна ворочался в постели. Вот почему он подскочил, едва услышав шаги капитана, торопливо оделся и бросился на мостик – Осчику очень хотелось еще одной битвы. А точнее – еще одного массового, безнаказанного убийства, и расстрел подбирающихся к храму спорки был бы кстати.

– Чем они себе подгадили?

– В храм полезло ополчение, которое накапливалось в окрестных кустах с момента нашего прилета, – объяснил Вандар. – Вчера мы их разозлили, и они решили подохнуть, не дождавшись подкреплений.

– Их могут быть сотни.

– Да плевать, чтоб меня манявки облепили! Чем больше, тем лучше.

«Сотни…»

Воображение услужливо продемонстрировало Осчику сладкую картину: склон горы, скрытый спинами беззащитных спорки, и красные пятна, что оставляют на них пули «Шурхакена». Кровь, смерть, вопли и наслаждение… Как там, у поселка…

– Мы должны помочь ребятам отбиться! – решительно заявил Вальдемар.

Но капитан лишь зевнул в ответ:

– Мы болтаемся в половине лиги над ближайшей вершиной, и меня это вполне устраивает. Я не хочу рисковать цеппелем.

– А если станет плохо?

– Если станет плохо, Секач даст красную ракету.

Но плохо не стало.

Выстрел.

Мимо!

Тут же последовал еще один, потом сразу два, и лезущий на стену спорки с криком полетел вниз.

Баурда вставил в карабин полную обойму и огляделся в поисках новой цели.

– На обрыве пусто, – доложил Курок, медленно водя по скале лучом прожектора. – Спорки кончились.