— Так это все-таки ты, гнида!

Михалыч встал. Мэр был в ярости, у него даже зрачки побелели.

— И у тебя, сволочь жирная, хватило наглости сюда вернуться?

Он уже собрался скастовать какое-то колдовство, но перед ним, как из воздуха, возник Псих.

— Стоп! — поднял руку он. — Не знаю, что он натворил, но вот мое желание: помилуйте этого дурака. Амнистируйте, если хотите.

И тут же добавил побагровевшему от ярости мэру:

— Вы слово дали.

Мэр с минуту молчал, а потом с явной неохотой признал:

— Да, дал. Хорошо, желание принято и исполнено. Свинота свободен.

И, повернувшись к Жиру, добавил.

— Везучий ты все-таки, сволочь. И тогда тебе повезло — живым успел уйти, и сейчас вывернулся. Только вот тебе добрый совет — забудь дорогу в Челябинск и на глаза мне больше никогда не попадайся. Я как твои красные труселя вспомню — меня такая ярость берет, что я однажды могу и не сдержаться.

— Понял, исчезаю, — счастливо улыбнулся Жир и действительно — тут же исчез, как и не было.

— С-с-скотина! — аттестовал его вслед мэр и повернулся к остальным. — Давайте выпьем, что ли? Отметим мой второй день рождения. Только сразу говорю — про эту сволочь лучше не спрашивайте, вам же легче будет. Ну, ну какая сволочь! Вот если бы не клятва предсмертная — убил бы. Ладно, все, все, забыли! Нет больше свиньи! На холодец пошел! Умер! Самоликвидировался. Растворился в мировом эфире. И, кстати, он опять наврал — забанил демонов я вовсе не из-за него. Много чести было бы этому чудаку. Дулин! Дулин, блин — я не понял, где водка? Где закуска? Где официантки? Я с моими избавителями выпить желаю!

* * *

Пить наотрез отказался только Четвертый. Псих неожиданно заупрямился, заявил, что после дела портки продай, но чарку выпей, а он, как доктор, только что провернул весьма нелегкое дело, поэтому чарку заслужил. Как ни странно, Система штрафов за нарушение «монашеского режима» отсыпала по минимуму, поэтому Псих на радостях быстро потерял счет чаркам. Даже дети знают, что Система дважды за один проступок не наказывает.

Вскоре Четвертый, не в силах больше смотреть на пьяные рожи, заявил, что пойдет в гостиницу, Дулин, пошатываясь, пошел обеспечивать ему охрану и сопровождение, доктор срулил еще раньше — в итоге Михалыч с Психом остались вдвоем.

А что могут делать два смертельно пьяных мужика?

Правильно — рассказывать друг другу, какие они крутые и под страшным секретом поверять собутыльнику зловещие тайны.

— Ты что думаешь, — допытывался Михалыч у Психа, — я демонов всех из-за красных труселей повыгонял? Да это сто лет назад было, я про эту свинью и забыл уже.