«Полночный сад» встретил нас наглухо закрытыми створками и двумя громилами на входе, что цедили в толпу одно и то же: сегодня не положено.

Только этого не хватало. Дотащились через полгорода, чтобы упереться носом в запертую дверь.

Адриан выступил вперёд, расправил плечи и заговорил тоном благородного наследника, от которого у прислуги обычно подгибаются коленки.

— Любезный, я Адриан Лирмонт. Меня здесь знают. Открывай.

— Знаем, господин Лирмонт, — невозмутимо отозвался вышибала с челюсть, похожей по форме на кирпич. — Только нынче заведение выкуплено целиком. Частный вечер клана Клейн. Чужим ходу нет.

М-да. Клейны. Куда ни плюнь в этом городе, всюду торчат уши этой семейки. То кредиторы Дайла, то Леопольд на причале, теперь вот целый кабак под себя подмяли.

— Это возмутительно, — Адриан побагровел. — Да я завтра же…

— Брось, — Инга дёрнула его за рукав и тихо добавила. — С Клейнами ссорился собрался что-ли. Лучше от греха подальше поищем другое место.

Ронан хмуро озирался, бормоча что-то про «вернуться во „Вьюн“», а я тем временем обвёл взглядом улицу.

Чуть дальше, через дорогу, под жёлтыми фонарями светилась стена с намалёванным синим попугаем в полроста человека. У дверей толклась шумная публика, изнутри бухала музыка, выкатывался хохот и звон кружек. Жизнь там кипела вовсю, не в пример этому склепу с вышибалами.

— А давайте туда, — кивнул я на птицу. — Гляньте, как там весело.

— «Синяя Птаха», — протянул Адриан, разглядывая вывеску. — Хм… Бар там вроде приличный, не «Сад», конечно, но и не дыра.

Инга уже пританцовывала под доносящийся ритм, повиливая плечами.

— Музычка-то бодрая, — оценила она. — Идём, чего стоять.

Возражений не последовало, и мы всей гурьбой повалили на синий свет.

Внутри «Птаху» встречала девица-администратор в наряде, от которого у меня брови поползли вверх: пёстрое платье, утыканное синими перьями, так что барышня смахивала на ту самую вывеску, сошедшую со стены в полный рост. Видать, тут с темой попугая решили не мелочиться.

— Доброго вечера, господа! — пропела она, кокетливо качнув пёрышками. — Рады вас видеть. Только местечек у нас нынче почти не осталось, всё забито под завязку. Свободен лишь Супер-ВИП. Девяносто серебра за вечер.

Ронан присвистнул, Адриан и бровью не повёл, а я уже привычно полез к перстню.

— Берём, — обронил я и отсчитал монеты.

Девица расцвела, спрятала серебро и поманила нас за собой.

Нас повели вверх по лестнице. По пути я окинул взглядом первый этаж: внизу гудел танцпол со сценой, гремела музыка, и народ в хмельном восторге выплясывал так, что доски ходили ходуном.