— Я дурак что ли? — вопросом на вопрос ответил он. — Мне оно не надо! К тому же я местный, и в первые дни уже узнал, что всю семью порвали зомби! Страшно же!

Да уж, страшно. Но все равно, он ведь товарищество предал, получается. А нет уз сильнее воинского товарищества в мире. Ну или как-то так.

— Я в лесу спрятался! — сказал он. — Меня искать не стали, загрузились и уехали! Потом вернулся сюда! Тут пайки, оружие, защита! Собирался сидеть тут, сколько получится!

Трус он ебаный, так получается. И знать ничего не может, раз уж действительно просто сидел на базе. Бесполезен нам. Ну и что мне с ним теперь делать!

Я поднялся на ноги, чуть пнул его ногой в бок и приказал:

— Вставай!

Руки протягивать я ему не стану. Но он и сам поднялся, качнулся правда, и чуть не завалился обратно. Крепко я ему приложил. Апперкот в челюсть, пусть и с левой — штука мощная. Раньше, говорили, был боец, у которого удар с левой чуть ли не смертельным считался.

— Выходи наружу! — дал я следующий приказ, чуть ткнув пистолетом в бок.

Я бы на его месте иначе отреагировал бы. Попытался б отобрать оружие, выстрелить в ответ, а этот послушался, как баран на заклание. Хотя, может быть, поверил, что мы его убивать не будем? Я ведь тоже в военной форме, пусть и без знаков различия. Ну и подштопанной порядком.

Вышел. Парни посмотрели на него, потом на меня. Я покачал головой, мол, нет тут больше никого, и делать особо нечего. Потом глянул опять на бойца, махнул рукой в сторону выхода.

— Пошел на хуй отсюда.

— Ч-ч-что? — снова прозаикался он.

— Пошел вон, говорю, блядь! — повторил я. — Мы забираем все здесь. Захочешь, вернешься потом!

— Дай мне автомат… — проговорил он. — Там ведь твари снаружи!

Он боится их. До смерти боится. Может быть, как раз потому, что узнал, что всю его семью порвали. Возможно даже по телефону с ними говорил. А спасти не смог. Хотя, такой уебок их спасать бы не стал, наверное.

— Чтобы ты мне в спину выстрелил, уебок? — спросил я. — Дурака нашел, блядь. Пошел вон, я сказал! Завтра вернешься.

Он как-то поник. Обреченно опустил голову и медленно двинул прочь с базы, в сторону выхода. Другого я бы пригласил с собой, кстати, даже если бы он остался потому что, скажем, изгоем был. Но этот нам не нужен. Даже если обучен.

При первой же опасности бросит ствол и попытается бежать. Или сдастся. Да нахуя мне это?

А когда он отошел на десяток шагов, я вскинул пистолет и выстрелил ему в затылок. Грохнул выстрел, боец брызнул кровью из головы, после чего рухнул на землю, упал, как мешок с говном.

— Зачем так-то? — спросил Алмаз.