И мы пошли вперед. Спустились с холма и подошли к первым заборам. Деревня, кстати, ухоженная, заборы все из профлиста, новенькие. Даже потеков ржавчины, которые обычно бывают там, где заклепки, нет. Как будто совсем недавно поставили. Заезжай и живи, как говорится, только вот нет людей почему-то. Эвакуироваться успели? Или сбежали уже потом, когда эпидемия началась?

— К забору, — прошептал я. — Медленно и четко. Без шума и пыли.

Первым шёл я, почти прижимаясь к профлисту. Он бордового цвета, и на его фоне силуэт в камуфляже практически не виден. Да еще и ночью. Остальные не отставали.

Трава, кстати, на газонах уже отросла, но невысоко. И пахло приятно — травами степными. Хорошо тут, не то, что мышиная вонь в доме, где мы передневали, или прелая лесная подстилка в лесах. Воздух в Крыму приятен, все-таки курорт. Пусть он сейчас и превратился в ад.

Стояла тишина. Ни птиц, ни собак. Вообще ни звука.

Добрались до перекрестка, я рванулся вперед и спрятался за следующим забором. Никто шума не поднял, меня, похоже, не заметили. Ну, если это «Вороны», то ясно станет сразу, потому что встретят они нас короткой очередью прямо из окна. А остальные… Да тоже наверняка кричать начнут, спрашивать, кто мы.

Остальные тоже перебежали. Я пошел дальше, и тут забор был уже не из профлиста, а из металлических пластин изогнутых, по типу штакетника, только стального. Профиль, короче. При желании можно было разглядеть, что во дворе. Вот и тут в одном из них качели самодельные увидел — железные трубы, в желтый покрашенные, цепи, на которых висела доска. И тоже выглядят ухоженными. Нет, тут точно люди жили, но ушли.

Надеюсь, с ними все в порядке. Хотя, подозреваю, что сейчас они по трассе бродят в виде зомби. Циничным я стал, спасу нет — качели вижу, вроде бы детство вспомнить должен, а в итоге вот так во, думаю о том, что их хозяева в живых мертвецов обратились.

Скоро мы добрались до забора того самого курортного комплекса. Трехэтажный дом, высокий, крыша крыта таким же бурым профлистом. Большой, окон много, даже балкончики есть маленькие — похоже, для того, чтобы постояльцы курить выходили. Это, конечно, запрещено, но все плевали на запреты.

А вот и свет. Тусклое, неровное сияние, но вряд ли свеча. Наверное, керосиновая лампа, таких по рукам много ходит со старых времен. Считай, половина домов в Дачном так освещались, как мне объяснил покойный Ильяс, потому что там раньше свет отрубали постоянно. Вот и приходилось обходиться.

Я махнул рукой, и наши команды двинулись в разные стороны. Шон со своими — налево, мы — направо. Забор не сказать чтобы высокий, но с кольями острыми. Конечно, насадиться на такой насмерть надо постараться, но вот зацепиться одеждой и порвать — это легко. Очень легко.