А метрах в двадцати калитка и ворота для въезда машин. Мы преодолели расстояние до него, я посмотрел — замок висит. Большой. Но у калитки кольев нет. Скрипнуть может, но ладно.

— Подсади, — попросил я Грома.

Тот с готовностью сложил ладони лодочкой, я наступил на них, схватился за верхнюю часть калитки, и через мгновение уже приземлился на той стороне. Остальные тоже стали перебираться, а я уже шел к углу дома. Выглянул за угол и предупреждающе поднял руку. Там был человек.

Высокий, но что интересно — не боец. Одет в синие джинсы и свитер с вставками на локтях и груди, такие частные охранники еще очень любят. Оружие было — двустволка музейного вида.

Нет, это не «Вороны». Иначе тут целая компания была бы, и в их униформе — либо в военке, либо в спортивках, либо в кожаках с джинсами. Они так любят ходить, и на этом их же легко поймать.

— Часовой, — одними губами сказал я, показывая жестом.

— И что? — спросил Гром.

— Я возьму, — ответил я.

Наклонился и подобрал с земли камень. А потом, размахнувшись, швырнул его в сторону забора. Он пролетел через кустарник, зашуршав листвой, и я, выглянув из-за угла, увидел как часовой тут же встрепенулся посмотрел туда. И взялся за свою двустволку.

Было видно, что ему страшно идти проверять, что еще сильнее добавляло весомости моей характеристике — не боец. Однако он все-таки решился и взяв то место, откуда раздался шум, под прицел, двинулся туда. Причем, как-то инстинктивно у стены дома, будто надеялся спрятаться за ней в случае, если стрелять начнут.

Я спрятался обратно от греха подальше, пока не заметили, и замер. Шаги с каждой секундой приближались, а когда за углом показался человек, я схватил его одной рукой за шею, а вторую положил на правую, что лежала на прикладе двустволки.

Рванул на себя — он вскрикнуть не успел, и тут же подключился Гром, выхватил оружие из его рук и ладонью зажал рот.

— Так, — прошипел я ему в ухо. — Отвечай. Вы с «Воронами»?

Он что-то промычал — рот-то у него был закрыт.

— Кивни или головой помотай, мать твою, — все ведь нужно подсказывать.

Тогда он помотал головой.

— А теперь так, — продолжил я. — Мы вам не враги. Мы просто идем мимо. Нам нужна вода и нужно знать, что вокруг творится. Сейчас я тебя отпущу, и мы спокойно пойдем внутрь, где ты позовешь всех. Учти — если начнется стрельба, то лягут все, у нас люди в каждом кусту сидят. А ты умрешь первым. Понял?

Он кивнул.

— Я тебя отпущу, — сказал я. — Не вздумай кричать.

И выполнил свое обещание, правой рукой вытащив из кобуры пистолет. На ближней дистанции он будет поухватистее, чем автомат, а мне маневренность нужна.