— Народ, выходите! — крикнул я. — Нам вода нужна и просто узнать, что в окрестностях творится! Мы на боевой задаче, нам до вас никаких дел нету!

— Точно стрелять не будете? — крикнул кто-то из открытого окна.

— Да точно, бля! — ответил я. — Если бы мы хотели вас перебить, вы бы даже проснуться не успели бы. Мы вам не враги, говорю же! Вылезайте!

О том, что сюда может и дрон прилететь, я говорить не стал. Лучше им этого не знать. Да и есть у меня подозрение, что не случится этого, иначе мы сегодня тут не вполне себе пристойный ресорт нашли бы, а развалины после попаданий пары камикадзе.

Прошло еще несколько минут, и из дома постепенно стали выходить люди. Раз, два, три, четыре… Пять человек, благо считать я умею, пусть мне все чаще людей приходится пересчитывать в виде трупов убитых врагов. А еще трое где?

По виду, кстати говоря… Ну, не деревенские точно, лица какие-то уж слишком городские, пусть и растерянные, а я различать уже научился их, потому что сам долгое время среди селян жил. Одеты… По-домашнему одеты, кто во что горазд. Похоже, что прошлись по деревне, набрали одежды, какая была.

Бля, туристы что ли? Причем не в том плане, что импортные ЧВКшники, их тоже иногда туристами кличут. А про то, что именно такие, городские, которые решили приехать и посмотреть на красоты Крыма. Только почему-то вместо моря горы выбрали. Ну, люди делятся на две категории, да.

Да ну на хуй, я никогда не поверю, что какие-то отморозки в зону боевых действий поехали просто чтобы по горам погулять. Это примерно как в Чечню или Дагестан в девяностых поехать.

— Пацан сказал, что вас девять! — проговорил я, обратившись к ним. — Где остальные-то?

— Там двое детей, — ответил один из них — вполне себе благообразный мужчина восточной внешности с окладистой бородой. Я бы сказал, козлиной, не иначе — выбривал, похоже. — С ними Мирьям осталась. Извини, но их мы выводить не станем.

— Да не будем мы ни в кого стрелять, — сказал я. — Пусть выходят. Мы реально военные, и на вас случайно наткнулись. Так что пусть выходят.

Мы с этим бородатым встретились взглядами, после чего он повернулся к двери и кивнул. Из помещения действительно вышли еще трое — женщина за тридцать, мальчик лет четырнадцати и девчонка, мелкая совсем, наверное пять исполнилось, не больше.

— Гром, проверь, нет ли там больше никого, — обратился я к «росгвардейцу», который вышел из укрытия.

— Пинцет, Бехр, за мной, — приказал он, и двинулся в сторону входа.

— Нет там никого, — заявил этот же, бородатый.

— Проверить не помешает, — пожал я плечами. — Я, так понимаю, с тобой говорить могу?