Только вот большинство обычных собак сновало по краям загона, явно стараясь держаться подальше от центра, где выделялось нечто совершенно иное.
На просторной территории доминировал огромный чёрный эхопёс. Даже на первый взгляд было ясно, что он находится на низкой стадии формирования. Его тело состояло из осколков древних руин: массивные лапы из фрагментов колонн, а череп — обломок головы гаргульи, двигающийся с пугающей энергичностью. Каждый его шаг заставлял воздух вокруг вибрировать, а разрозненные на вид фрагменты складывались в странно гармоничное целое.
Пёс подчинился каждому жесту и приказу дрессировщика, которого называли эхопсарём. Он мощно прыгал через огромные барьеры, с грохотом врезался в имитации стен и недружелюбно поглядывал в сторону обычных собак. Не зря они старались не попадаться ему на глаза лишний раз.
Я не мог оторвать глаз от этого создания. Какой здоровый! Вау! Моя рука сама собой потянулась вперёд.
— Бака! Бака!
— Бака…! — поддакнула и Ксюня.
Мать посмотрела, куда направлены наши взгляды, улыбнулась:
— Тебе нравится эта собачка?
Я кивнул.
И вдруг эхопёс, до этого полностью сосредоточенный на команде своего дрессировщика, внезапно замер. Его голова — обколотый обломок каменной горгульи — резко повернулась в нашу сторону. Он смотрел прямо на меня.
На мгновение время будто остановилось. Затем, с неожиданной резкостью, пёс сорвался с места и бросился к забору.
Мать мгновенно поняла, что слабый забор не станет преградой для такого монстра. Её лицо исказил ужас.
— Нет! — вскрикнула она, вцепившись в коляску обеими руками.
Двое дружинников, сопровождающих нас на отдалении, среагировали мгновенно. Они бросились вперёд, закрывая собой коляску.
Эхопёс мчался, с каждой секундой сокращая расстояние. Каменные лапы гулко стучали по земле, каждый удар отдавался эхом.
Я замер, чувствуя, как что-то внутри меня сжимается от… восторга. Зверь Разрушения был близко. Очень близко.
Глава 2
Усадьба рода Опасновых, фронтир Рязанского Ареала
— Я читал рапорт о последнем инциденте с этим эхозверем-котом, — начал Захар, поднимая взгляд на своего собеседника. Его голос звучал ровно, но в нём угадывалась тень досады. — Но, признаюсь, мне этого недостаточно. Хочу ещё поговорить с тобой, Матвей Максимович.
В княжеском кабинете, который нынче занимал наместник, повисла тишина. Её нарушал лишь треск огня в камине, который отбрасывал причудливые тени на стены. Портреты прошлых князей рода Опасновых, развешанные в строгом порядке, казались тяжёлыми, почти подавляющими. Окна наполовину скрывали массивные шторы, пропуская лишь тусклый свет.