Она нажимает кнопку звонка, и вскоре в комнату заходит воспитательница — приятная, но, похоже, натренированная на выдержку женщина. В руках у неё альбом и коробка игрушек. Она кладёт альбом на стол, а коробку аккуратно отодвигает в сторону, видимо, оставляя на потом.

— Уважаемые сударь и сударыня, сейчас мы немного позанимаемся, — говорит воспитательница, разворачивая альбом. Листы плотные, глянцевые, пахнут свежей типографской краской. — Найдите, пожалуйста, листочек с тигром.

Я быстро пробегаю взглядом по картинкам, нахожу тигра и протягиваю изображение. Легко.

— А теперь котика, — продолжает она.

Снова безошибочно нахожу нужную картинку. Дальше идут домик, мячик, дерево, рыбка — всё это я выполняю чётко и без заминок. Воспитательница отмечает что-то в своём блокноте.

Теперь очередь Ксюши. Она внимательно смотрит на страницы, выбирает нужные картинки. Иногда замирает, чуть морщит лоб — например, когда мишка подозрительно напоминает волка. Но, в целом, справляется уверенно.

Я наблюдаю за её успехами, отмечая про себя: молодец. Вроде бы пустяковое задание — просто выбрать нужную картинку, но не будем забывать, что Ксюне всего полтора года. Прямо гордость берёт за девочку.

Мама выдыхает с облегчением, уверенная, что я и Ксюша успешно прошли отбор.

— Тогда, я думаю… — начинает она, но директриса поднимает руку, прерывая её:

— Подождите, Ирина Дмитриевна. Всё ещё не закончено.

Воспитательница наклоняется к коробке, достаёт оттуда игрушки и выкладывает перед нами на столе.

— Выберите те игрушки, которые вам больше всего нравятся, — предлагает она с вежливой улыбкой.

Я смотрю на стол.

Тут есть всё, о чём может мечтать ребёнок: блестящие машинки, серьёзные солдатики, грозные роботы, маленький танк. В другое время я бы схватил что-то покруче, но у меня в голове уже сложился принцип местных испытаний: берёшь то, что тебе нравится, и тебя записывают в диктаторы/простачки/ненадёжные элементы общества.

Так что я прищуриваюсь и внимательно выбираю.

Плюшевый мишка.

Абсолютно безопасный вариант. Плюшевый, добродушный, не вызывает ни одной потенциальной претензии.

Я поднимаю его и объявляю:

— Потапыч.

Ксюша тем временем тоже изучает коробку, выбирая себе что-то. И тут её взгляд падает на куклу.

И я сразу понимаю, что это ловушка.

Кукла одета… ну, слишком экстравагантно для детской игрушки. Чулки, глубокое декольте, короткое блестящее платье, дешёвая бижутерия — выглядит так, будто её прототипом была клубная зажигалка, а то и вообще куртизанка.

Если Ксю выберет её, это будет катастрофа. Она-то схватит её только из-за блестючек, но чёртовы детсадовские психологи тут же навешают какой-нибудь стрёмный ярлык.