Подхожу к маме, беру её за руку и уверенно заявляю:

— Ма, мы пошли. Мы плойдём испытание.

Мама ещё немного мнётся, видно, ей тяжело приходится отпустить своих деток. Но потом снова вздыхает и твердо говорит:

— Конечно, пройдёте! А я пока подожду в кофейне рядом. Как вернётесь, отпразднуем лавандовым тортиком!

Оу-у-у! Отличное предложение.

— Только вы это… если что-то вам не нравится, что-то беспокоит или вдруг будет «бобо» в животике — сразу говорите. Тети воспитательницы помогут.

Я, взяв Ксюню за руку, киваю:

— Ага, ма. Но если «бо-бо» и будет комю-то, то точно не нам.

Я перевожу взгляд на воспитательницу. Она заметно бледнеет — похоже, мой тон прозвучал слегка угрожающе. Хорошо. Это тебе за шлюховатую куклу, подброшенную Ксюне, коза.

Мама удивлённо поднимает брови.

Воспитательница берет нас за руки и ведёт в комнату, где уже, должно быть, собрались малыши младшей группы — целые аж четырёхлетки.

Дверь открывается, и мгновенно наступает тишина. Вот и всё. Финальный этап. Утереть нос директрисе — дело принципа.

Дети замирают, поворачиваются, начинают нас разглядывать. По возрасту мы с Ксюней младше, но по размерам разница минимальна. Мы чуть ниже, но не жмёмся к воспитательнице, не топчемся в нерешительности, да и ходим уверенно, как большие.

В их взглядах читается немой вопрос:Кто такие? Откуда взялись? Новенькие?

Хель меня дери! Да тут целый взвод карапузов!

Я быстро оцениваю ситуацию — толпа, взгляды, ожидание. Если дать слабину, нас моментально запишут в низшую касту, а туда мне явно не хочется. Решаю действовать уверенно — надо сразу произвести правильное впечатление. Шагаю в комнату так, будто это мой личный кабинет, с расслабленным лицом. Они должны сразу понять — мы не лыком шиты.

— Пливет, я Слава! — объявляю громко и чётко, приподняв голову и окинув игровую комнату взглядом.

Ксюня, немного стесняясь, но держась ровно, без паники, следом за мной шагает вперед и повторяет:

— Пливет, я Ксюща!

Дети начинают переглядываться, оценивая нас. Враждебности нет, но и восторженного приёма тоже — мы пока под прицелом, новенькие всё-таки. Кто-то машет руками, некоторые тоже представляются, а вот две девочки тут же подбираются к Ксюне.

Одна из них, светленькая и, видимо, самая разговорчивая, восторженно указывая на Ксюнины косички, сразу вываливает комплимент:

— У тебя тякие класивые волосы! Я Катя, а этя Настя!

Ксюня смущённо улыбается, но те не унимаются.

— Такие мя-ягкие! У тваей мамы такие же?

Я тут же замираю. Ну всё, началось…

Ксюня, слегка растерявшись, честно отвечает:

— Не зняю, я плиемная. У меня неть лодной мамы.