Я бы, может, даже повеселился, если бы точно знал, что это правда. Но характер Карриана не позволял всерьез поверить, что наш драгоценный император забросил дела в угоду любовным приключениям. Для этого он был слишком занятым, циничным и недоверчивым. Раз-два встретился с той самой баронессой-графиней-герцогиней — и хорош.

Собственно, я даже не понял, с чего вдруг стал так часто думать об императоре и даже заподозрил, что дело было именно в скуке. Даже успел всерьез озаботиться поисками какого-нибудь дела. Однако примерно в середине зимы меня вызвал к себе граф эль Сар и прямо с порога огорошил.

— Собирайся, Аш, — заявил он, когда я зашел в кабинет и приветствовал коменданта в соответствии с уставом. — Завтра я отправляюсь в Трайн. И ты едешь со мной.

Я от неожиданности даже запнулся.

— Э… простите, милорд, а что мне, позвольте спросить, там делать?

— Я представлю тебя как своего адъютанта, — непреклонно сообщил его сиятельство. — Это значит, что ты должен будешь вспомнить или заново выучить, что такое этикет. А также обязан быть соответственно одет, обут и…

Взгляд графа скользнул по моей бороде.

— И тщательно выбрит. Амуницию тебе выдадут. Бритвой, надеюсь, пользоваться умеешь. Выезжаем завтра с рассветом. А теперь, если нет вопросов, свободен.

Признаться, я настолько не ожидал ничего подобного, что, получив приказ, молча развернулся на каблуках и вышел, даже не пытаясь спорить. Озадачив Надира и получив от него, как от действующего завхоза, новенький мундир без знаков отличия и такие же новые, с иголочки, сапоги, всерьез призадумался. Но потом решил: какого черта? В Ойте до весны скука смертная. Поеду, развеюсь. Может, чего полезного узнаю.

После этого оставалось только достать из мешка позабытую за ненадобностью бритву, старательно намылить щеки и, глянув на себя в позаимствованное у ашеяра зеркало, решительно приставить лезвие к коже.

В Трайн мы прибыли ровно через пять дней, поздним вечером, вдвоем, верхами. И с ходу заселились в лучшую гостиницу, где на имя графа эль Сара уже были забронированы номера. Само собой, это оказалась не та гостиница, где я квартировал год назад. Зато номеров оказалось целых два: один роскошный (ну, роскошный для Каррага, конечно), предназначенный для его сиятельства, а второй — маленький и скромный — для меня. Впрочем, у номера имелось одно немаловажное достоинство: наличие индивидуального санузла и горячей воды. Так что хозяину я был готов простить даже тараканов с клопами, если тут таковые водились.

Уже начиная со следующего утра его сиятельство принялся носиться по городу, как настеганный. Только за первый день он совершил шесть довольно продолжительных визитов к нужным людям. На второй день таких визитов оказалось три. На третий — сразу восемь. И все они были чрезвычайно важны для графа, который за эти несколько дней обегал, наверное, половину города. Состоятельные торговцы, местная знать, военный советник императорского наместника — по-нашему, губернатора провинции… И к каждому у него было какое-то дело. Кто-то поставлял в крепость Ойт продовольствие, с кем-то граф заключил сделку о перепродаже добытого хитина, кто-то отвечал за боеприпасы и оружие, правда, я не понял, почему этим занимаются частные лица, если по идее крепость находится на содержании государства. Потом, правда, дотумкал: на окраинах государственные подряды проще было заключать на местах. Ну а то, что вся договорная работа ложилась на плечи нашего графа, так для того он и комендант, а не простой бумагомарака. Следовательно, это была его забота — заключить выгодные контракты на следующий год, а по возможности еще и сэкономить энное количество отпущенных на это казначейством денег.