— Тарис, ты полагаешь, что наша версия слишком слаба? — поинтересовался император.

Его светлость все еще недовольно буркнул:

— В ней много белых пятен. Мне уже сейчас хочется их проверить. И отчего-то кажется, что закрыть их вы, ваше величество, не сможете.

Император повернулся к Тизару:

— Вот видишь, Тиз. Твоя история нуждается в серьезной доработке.

— Увы, ваше величество, — вздохнул маг. — Судя по всему, вы правы, и мы немного поторопились с объяснениями. Первая наша версия никуда не годится.

Леди Ила сделала стойку:

— А что, есть и вторая?

Карриан аккуратно накрыл ладонью мою руку.

— Вряд ли она вам понравится. Но ради разнообразия я готов вам ее рассказать. При условии, что вы воспримете ее как самую обычную сказку…

Спустя два часа в кабинете воцарилось такое гробовое молчание, что, если бы у кого-то из присутствующих имелись часы, было бы слышно, как крутятся колесики и громко тикает секундная стрелка. Кар, изложив мою реальную историю, откинулся на спинку кресла и замолчал, рассеянно поглаживая мои пальцы. Тизар напрягся, потому что до последнего считал, чтотакую правду говорить нельзя никому. Я скользила взглядом по сторонам, отслеживала реакцию собравшихся и попутно размышляла над тем, как много нам еще предстояло сделать, прежде чем все окончательно устаканится и я смогу со спокойной душой принять предложение императора.

Перехватив мой прицельный взгляд, который больше не был ни кротким, ни смиренным, леди Ила неожиданно поежилась, господин Рокос закашлялся, а герцог эль Соар, обратив внимание, как аккуратно я поправляю рукав, на редкость спокойно осведомился:

— Скажите, юная леди: сколько кинжалов у вас сейчас при себе?

Я мельком показала ему краешек спрятанных в рукаве ножен.

— Четырнадцать, ваша светлость.

— А сколько вы способны метнуть в цель, не сходя с этого места?

— Достаточно, чтобы ни у кого не возникло мысли испортить настроение моему будущему супругу.

— Ты забыла сказать про булавки, — тихонько буркнул Тизар, выразительно покосившись на мою сложную прическу. — Я видел, как ты сегодня прихорашивалась перед зеркалом.

Я холодно улыбнулась.

— Не суйте туда руки, дорогой дядюшка: половина этих булавок отравлена. И вообще, вы позабыли, что слишком близко находитесь к дарру, а это может скверно сказаться на состоянии ваших артефактов.

Герцогиня вдруг спохватилась, зашарила ладонью по корсажу и подняла на меня настороженный взор.

— Мои уже разрядились. — Взглянула на мужа и встревоженно добавила: — И твои, Тарис. Все до одного.

Господин Ястреб, тоже являвшийся магом и тоже слишком долго находившийся в опасной близости от меня, прислушался к себе и на всякий случай отодвинулся вместе со стулом.