— М-м… о каких именно фазовых модуляторах речь? У нас их большой ассортимент, — прикинулся Саша валенком, пытаясь выиграть время.

— Не стройте из себя гориллу! Вы прекрасно знаете о каких! Тех, что с новейшим блоком! — заорал Рыбьёшек.

— Это которые «Нитири-22»? — продолжил ломать комедию Рогозин, обдумывая, как ему поступить.

— Не хотите, значит, признаваться, дейсдарь, — внезапно снизил тон Рыбьёшек. — Ну как хотите. Я обвиняю вас в промышленном шпионаже и сливе важнейшей информации конкурентам.

— Ваши доказательства? — поднял брови Саша.

— Доказательства у меня, — густым басом отозвался Усманов и кивнул, чтобы придать весомость своим словам, но этим и ограничился.

Рогозин усмехнулся. Предоставить аудиозапись Усманов не сможет, ибо она незаконна. Вторжение в личную жизнь, незаконное установление прослушивающих устройств и ещё целый букет обвинений.

— Предъявите, — потребовал Саша.

— Уж поверьте мне, они есть, — усмехнулся начальник службы контроля.

— И мы с ними ознакомлены, — припечатал Рыбьёшек. — Поэтому… вы сами покинете территорию «ЭкзоТеха» или позвать ребят Гошика?

Усманов даже позу поменял, как бойцовый пёс в ожидании приказа.

— Вы не можете меня уволить лишь на основании слов о наличии доказательств, — отчеканил Рогозин. — Предъявляйте свои доказательства или извиняйтесь за пустословные обвинения.

— Крис, ну что?

Крис:Ещё нет.

Усманов перевёл взгляд на Климента Смарагдовича. Остальные тоже на него смотрели. Тот же держал паузу. Саша уже готов был сказать что-то вроде «Ну раз доказательств нет, предлагаю обсудить куда более реальные проблемы», но тут Рыбьёшек ухмыльнулся, и Розга сразу почувствовал, что вот сейчас и случится настоящая неприятность.

— А нам необходимости вас увольнять, милейший, нет, — отчаянно наслаждаясь происходящим, произнёс Климент Смарагдович. — Потому что вы здесь никогда и не работали.

Этот пассаж поставил Сашу в тупик. Судя по лицам остальных, их тоже. Рыбьёшек же откровенно наслаждался произведённым впечатлением.

— Да-да, милейший. Вы здесь никто. Так что убирайтесь, пока охрана вас не вывела. И радуйтесь, что мы в суд не подаём, хоть и могли бы.

— Что-то я сегодня понимаю вас тяжелее, чем обычно, Климент Смарагдович, — скривился Рогозин. — Поясните свою мысль более развёрнуто. Желательно без угроз и пословиц.

— Вам в самом деле не понятно? — с показной усталостью и искренним злорадством спросил тот. — Ну хорошо, если вы настаиваете, я озвучу правду. Точно озвучивать?

— Максимально точно и в деталях, — вновь сыграл на втором смысле Саша.

— Ну как хотите. Вы, милейший, не числитесь в действующих сотрудниках компании «ЭкзоТех». Так-то.