Красивая. Высокая, фигуристая, с огромными фиалковыми глазами, она смотрела мне прямо в глаза, изредка проводя розовым язычком по алым пухлым губкам.

— Я вижу, ты давно в пути, странник. Не откажи в милости составить нам компанию — мы как раз устраиваем представление для наших дорогих гостей. А пока ты будешь отдыхать, наши красавицы приведут в порядок твою одежду… и тебя…

Её кошачий хвостик нетерпеливо обвился вокруг моей руки, хватая аккуратно, но крепко.

По сути, кроме кошачьих ушек и хвоста, в мурриях не было ничего звериного. Все они были как на подбор молодыми, красивыми и без каких-либо комплексов — в общем, то, что нужно, чтобы расслабиться в приятной компании и снять напряжение.

И дело не только в контенте 18+, который для зомби был недоступен (будьте вы прокляты, разработчики!). Вкусная еда, расслабляющая музыка, чарующие танцы, дурманящий дым сжигаемых в курильницах растений — в общем, система нашла очень эффективное средство, чтобы снять мою нервозность.

Лагерь был совсем небольшим — пять девушек-муррий и три парня, которые так же, как и их спутницы были прекрасно сложены и предельно учтивы. Гостей же, кроме меня, было человек десять, и только двое оказались девушками.

— Господин изволит принять ванну с ароматными маслами? — промурлыкала появившаяся рядом огненноволосая красотка.

Ну, системе виднее, как выводить меня из депрессии!

Предупредив девушку, что я не чувству вкуса, запахов и прикосновений, я заставил её озадаченно нахмуриться, размышляя, чем угодить такому капризному гостю.

— Проследуйте за мной, — наконец, нашлась муррия и улыбнулась, обнажая небольшие и довольно милые клыки, и потащила меня в сторону цветастого шатра…

Часа два я отмокал в ванной, наслаждаясь приятной музыкой и странноватым танцем двух полуобнажённых девушек. Кроме меня, здесь было ещё трое парней: два человека, орк и гном, которые тоже наслаждались зрелищем и не только.

Еще две миловидные девушки обхаживали гостей, поднося им разные кушанья и напитки, и разминая уставшие плечи тонкими ловкими пальцами. Меня же они обходили стороной — впрочем, сам дурак, отказался от еды и их ласк. Шатёр наполняла расслабляющая мелодия, а клубы дыма сгущались вокруг меня, унося с собой заботы и тревоги.

— Эй, господин! Простудитесь! — толкнул меня кто-то в плечо, и я открыл глаза.

Это была та самая муррия, что привела меня в лагерь. В шатре оставались лишь мы двое, стихла музыка, а вода в ванной уже остыла. Судя по приглушённым звукам страсти снаружи, веселье вовсю продолжалось, вот только меня на этот праздник жизни не позвали.