— А? Простите, что-то не о том задумался, — прикрыв глаза и начав виновато чесать затылок, произнёс парень. Он всегда был довольно неплохим актёром, который мог с лёгкостью обводить собственных жертв вокруг пальца. Так почему же сейчас не воспользоваться его талантом? Ведь мама не просто так отправляла его ходить после школы на уроки театрального?

Когда Харута открыл глаза, к собственному шоку он увидел Джиничи, сейчас вырубленного и лежавшего лицом на столе. Судя по тому, как двигалась его грудь, он всё ещё был жив — хотя по грубо вставленному куску металла на задней стороне его шеи, вряд ли это была лучшая жизнь.

Хотя Харута сейчас согласился бы и на неё. Потому что когда его взгляд рефлекторно перевёлся в поисках объяснения, глаза сфокусировались на красные огни паука. И сейчас Харута каким-то непонятным даже для него образом увидел, что теперь-то в них было сознание. Которое не предвещало ему ничего хорошего.

Блондин даже не стал тратить время на крики с переговорами, и просто попытался выломать дверь и сбежать, но прежде чем он успел развернуться, Харута почувствовал, как его конечности онемели и у него больше не было сил даже стоять на собственных ногах. И только когда он бессильно упал на холодный кафель, мозг наконец-то разобрал странный кисловатый вкус кислорода в комнате, которым он дышал слишком долго. Его голова начала кружиться, картинка перед глазами размываться, и только металлический скрежет тонких конечностей с каждой секундой всё громче раздавался, пока тварь явно подходила к нему.

Блондин всё равно продолжал бороться, чтобы остаться в сознании, однако как бы он не пытался, в его конечностях больше не было прошлой силы. А когда металлические щелчки оказались слишком близко к его голове, Харута окончательно потерял сознание. Лишь одного взгляда в горящие красные глаза хватило, чтобы его мозг сам решил защитить его от всего, что будет дальше.

. . .

Каким образом проще всего поймать мага, чтобы при этом никто из других шаманов не стал его искать? Это был интересный вопрос, над которым я раздумывал довольно долгое время. И по итогу я пришёл к двум идеям. Обе из которых заключались в использовании приманок.

Первая — это приманивать шаманов на проклятия и истории об их появлении. В теории, самый простой способ, но самый сложный в реализации на практике, так как не учитывает того, что даже за слабеньким духом третьего ранга мог прийти и сам Годжо, если он находился неподалёку и делать ему было нечего. И пусть во всей Японии было лишь три шамана, которых я боялся, но шанс встретить одного из них среди тысяч был всё равно слишком велик, чтобы я рискнул. И риск встретить Гето, когда я ловил кого-то из его любимых магов на эксперименты, был чуть ли не самой большой проблемой из всех.