— Вы так высоко меня цените?

— А как еще? Я, Андрей Александрович, мало что понимаю в политике и строительстве государства, потому меня волнует то обстоятельство, что иногда важные посты занимают случайные или коварные люди.

Лицо Жданова каменеет.

— Вы совершенно правы, Виктор Семенович. Кто бы мог подумать…

— Вина Кузнецова доказана. Его будущее, сами понимаете, не в моих руках. Но мне бы хотелось, чтобы вы поговорили с ним сами.

— Как? Я?

Член политбюро уже несколько испуган.

— Думаю, что с вами он будет более откровенен. Остались к нему еще кое-какие вопросы.

Продолжительная пауза, во время которой Жданов пьет много воды.

— Вы будете брать всех?

— Только тех, кто замешан. С доказанными фактами. Но есть еще ряд лиц, вина которых не доказана окончательно. Что вы так смотрите? Я не хочу брать скопом всех подряд. Мне такой порядок откровенно претит. Вы же знаете, что я служил в конце тридцатых и приходилось освобождать невиновных, а также сажать тех, кто слишком поверил в себя. По моему глубочайшему убеждению в органах безопасности пора насаждать, именно насаждать лютую законность. Иначе мы опять уйдем не туда.

Жданов удивился моему пассажу так, что чуть стакан не уронил. Услышать подобное из уст Абакумова — дорогого стоит!

— Я…слышал от Иосифа Виссарионовича, что вы просили не устраивать очередной процесс. Но ведь заговор имел место?

— И что? Узкая группа лиц, пусть и сидящая высоко. Мы с ними разберемся отдельно, как и с их мотивацией. Но если мы будет устраивать очередной показательный процесс, то обязательно полетят щепки. Да так, что заденет много невиновных. Или причастных боком. У нас огромные потери в войне, мы не можем разбрасываться ценным человеческим ресурсом. Товарищ Берия ради своего проекта освобождает массу вот таких мимоходом заключенных в лагеря ученых и техников. Некоторым из них приходится трудиться в шарагах. Знаете почему?

— Они виновны, но нужны страны.

Вот черт драный, чуть в могилу не уехал и оправдывает местную привычку сажать человека по доносу.

— Не всегда так, Андрей Александрович. Система доносительства у нас стала поистине казуистической и совершенной. Они целыми конкурирующими отделами друг на друга строчат. Проще посадить всех скопом и потом засадить за работу.

Лицо преемника вождя вытянулось. Не ожидал такой откровенности? Ну так что он мне сейчас сделает? Побежит к Вождю жаловаться на малую кровожадность Гэбни? Вряд ли. И не факт, что тот ему поверит. Потому что каждый день получает отчеты об арестах.

— Интересное мнение.

— Я каждый день с ними работаю. Много чего интересного выплывает. Так мы едем?