В общем, на жалкий десяток работников умственного труда, производящих ценный научный продукт, приходилось четыре десятка нахлебников из обслуживающего персонала. Какая тут будет производительность труда?! Как можно, не изменив бюрократических обычаев, догонять США? Впрочем, пусть этот вопрос заботит вождей, свою точку зрения на это я изложил еще осенью в записках попаданца.

Так вот, Федор не устоял перед чарами главной труженицы клавиш, страдающей от недостатка внимания к собственной персоне со стороны директора из-за постоянного присутствия его жены. И добавил к ее «Консулу» функции трансмиттера. Проще говоря, подсоединил к пишущей машинке перфоратор и устройство чтения перфоленты. Устроил, паразит, из приемной филиал ВЦ. Меня за двойными дверями не напрягало, даже было удобно. Но посетители впадали в ступор, хорошо, что их приходило мало и некому оказалось посоветовать принять на работу еще пару-тройку машинисток и ни в чем себе не отказывать. В прямом и переносном смысле.

Первой моей мыслью было: «Какой смысл в подобной чепухе?» Хотел запретить, но любопытство оказалось сильнее. И не пожалел. Известно, что в каждом офисе две тысячи десятого года стояли «Xerox», «Canon», «HP» или любой другой аналог копировальной техники. Компьютер тоже имелся, но он был и дома, да вообще давно стал предметом интерьера. Поэтому именно с копировальной машинки начиналось предпринимательство двадцать первого века. Вроде бы она была не сильно и нужна, но убери — и весь документооборот мгновенно застопорится.

Так и тут — машинистка оказалась очень умной девочкой. Мгновенно научились набивать «многоразовые» тексты на перфоленту, ловко вертеть на карандаш бумажные колечки и ставить приметные метки губной помадой. Через две недели она читала буквы прямо с ленты и правила текст, пробивая новые дырки и заклеивая ошибочные. Мне приходилось добираться до дверей кабинета прыжками, чтобы не повредить струящиеся по полу ломкие кольца. Под крики-стоны: «Ах-ах, Петр Юрьевич, пожалуйста, только не наступите, полчаса набивала это письмо!» Более того, не раз я заставал с треском печатающую машинку и закольцованный кусок перфоленты на фоне пустого кресла. Секретарша изредка подбегала и ловко на ходу вставляла новый пакет бумаги с копиркой.

Так родился прото-Xerox. Неуклюжий, но чрезвычайно востребованный. Непрерывно стучащее напоминание о необходимости разработки нормального текстового процессора.

Жаль только секретаршу, толковая девушка. Но… Федор в нее втрескался не на шутку. Так что придется с ней срочно расстаться. Конечно, не выбрасывать на улицу, как, согласно местным страшилкам, обязаны делать кровожадные капиталисты вроде меня. Всего-то придется перевести ее в лаборанты. С повышением оклада и наилучшими пожеланиями, но по вполне прозаической причине. Нельзя ведущему специалисту знать слишком много про внутреннюю кухню НИИ. Слишком необычные «скелеты» заперты у нас в шкафу.