— Так, — я посерьезнел и принял более собранную позу. — Ты видела его бои раньше?
Инсайдерская информация мне бы точно не повредила!
— Видела, конечно, он раз в месяц минимум на площадке кого-то избивает! Доказывает всем, что он альфа… — девушка закатила глаза. — Почти весь колледж ходит смотреть. Потом ведь эти поединки у старших на занятиях по развитию дара разбирают, как наглядный пример. И видео пересматривают.
— На всякого альфу найдется свой сигма, — откликнулся я. — Хотя меня эти выдуманные каким-то кхазадом ярлыки и бесят. Расскажешь, как он проводит бои?
Ермолова попыталась возмутиться:
— Да я не за тем…
— … а затем, чтобы я больше не лез тебя защищать и держался от него подальше? Это не обсуждается, — отмахнулся я. — С тех пор, как Афоня высунул свою дурацкую ногу поперек прохода в столовой — это между мной и им. Ты здесь вообще ни при чем.
— Как это ни при чем? — возмутилась Эльвира. — Это в каком смысле?
— В таком смысле, что мы — мужчины, а ты — девушка. Есть кое-что поважнее отношений, романтики и всякой такой дичи! — я был непреклонен.
Руслан Королев, я, если буду в церкви — я за тебя там десяток свечей поставлю. Что бы я без тебя делал?
— Нет, ну, в принципе… — она посмотрела на меня удивленно, а потом расправила складки юбки и вздохнула. — В принципе, было бы неплохо, чтобы кто-то ему наподдал по всем правилам. Но я не хочу, чтобы тебя покалечили!.. Ладно, я готова тебе рассказать про бои Вяземского. А ты мне тогда скажи — это что такое для тебя важнее романтики, отношений и всего вот этого вот? Любви тоже?
— Любви? Пожалуй, что и любви — тоже, — пожал плечами я. — Римляне называли это auctoritas и dignitas. Если по-русски: репутация, уважение и достоинство.
— Ого! — сказала Эля. — Красиво. Мне нравится.
Мне тоже понравилось, как я клево нарезал. И главное — не выпендривался, а выдавал как есть. Хотя с латынью малость и переборщил. На фига мне девушке на латыни что-то задвигать? Чисто поумничал, самому противно. Но ей-то я этого не сказал. Спросил только:
— Так что там с защитой? Что он там делает, как это работает?
— Ну, слушай… — она заправила прядь волос за ухо и заговорила.
А я слушал очень внимательно, и чем дальше слушал — тем отчетливей понимал: бой мне не выиграть, но свое обещание разбить Афоне хлебальник еще раз я вполне претворить в жизнь мог!
* * *
Глава 12 Поединок
— Это что за вид? — с большим удивлением посмотрел на меня Иван Ярославович, ставший распорядителем поединка.
— Шорты, — пожал плечами я. — Майка. Кеды.
Кузевич выразительно перевел взгляд на франтоватого Вяземского. Старшекурсник приоделся как положено, в таком наряде можно и на свадьбу, и к Государю на прием: красивый черный френч, отутюженные брюки и лакированные штиблеты с щегольскими каблуками. И причесочка, прилизанная, не чета моему вороньему гнезду на голове. Похоже, Афанасий воспринимал все происходящее как что-то вроде театрального представления. Он собирался красоваться, а я собирался разбить ему хлебальник. Существенная разница в целеполагании, как сказал бы дед Костя.