Матео пришлось работать до понедельника почти без отдыха. Я запретил ему ночевать на вилле, но подозревал, что дома он всё равно продолжает ковыряться в коде на ноутбуке, который я ему выделил.

Белла занималась визуальной частью и подгоняла макеты под реальную вёрстку. Процесс шел мучительно, потому что каждый собранный блок вылезал из сетки или налезал на соседний, и приходилось перекраивать заново.

К началу недели у нас был рабочий каркас с регистрацией, лентой, профилями и системой сообщений. Всё это работало медленно, периодически зависало и выглядело откровенно уродливо. Цвета съезжали, шрифты путались, кнопки иногда вели не туда, а поле ввода сообщений жило собственной жизнью, то растягиваясь на весь экран, то схлопываясь в узкую полоску.

Переодически я слышал из офиса только ругань Матео на чужой код и тихие вздохи Беллы, когда очередной блок снова уезжал за край экрана.

Но вскоре каркас обрел подобие стабильности. Баги оставались, но ничего критичного, и пользоваться сетью уже можно было без желания выбросить компьютер в окно.

— Домен зарегистрирован, — Матео повернулся ко мне на стуле, нервно постукивая пальцами по коленке. — Готово, можно попробовать тестовый запуск.

Белла грызла кончик карандаша за спиной у брата, Мария наблюдала от двери, а Хавьер заглянул из коридора, привлечённый непривычной тишиной в доме.

— Давай.

Матео нажал несколько клавиш. Браузер загрузил страницу, и на белом фоне медленно проявился логотип. Две буквы, «Ви», в глубоком синем цвете, на фоне аккуратной окружности. Белла рисовала его четыре дня и переделывала раз двенадцать, пока я не одобрил.

Под логотипом стояла строка ввода для регистрации и кнопка входа.

Пустое, кривоватое, с десятком известных багов и сотней неизвестных, но оно существует. Загружается на сервере, у него есть свой адрес, и любой человек с компьютером может зайти на эту страницу. В теории, конечно.

— Работает, — выдохнул Матео и откинулся на стуле.

Белла положила руку ему на плечо и сжала. Оба улыбались и молчали.

— Поздравляю. А теперь начинается настоящая работа.

Матео застонал, но улыбка с его лица не сходила.

— Новые правила, — я поднялся и обвел взглядом всех присутствующих. — С этого дня вся коммуникация идет через сеть. Но никаких отчетов, кодов и макетов, исключительно общение на бытовые темы. Всё пишем туда. Мне нужно, чтобы мы сами пользовались продуктом каждый день, иначе мы никогда не найдём проблемы, которые найдут пользователи. Белла, зарегистрируй всех, включая Рафаэля и Эстеллу.

— Эстеллу? — Мария подняла бровь.