Он покачал головой. В конце концов, какая разница. Сын занят, сын не пьёт по барам, сын не позорит фамилию и не клянчит денег. Одной головной болью меньше, а это в его положении уже подарок. Пусть варится в своём котле, лишь бы не выкипел.
Хорошо бы ещё старший со средним взялись за ум. Эти двое прожигали жизнь на вечеринках с упоением, достойным лучшего применения, и о делах семьи вспоминали разве что в день получения содержания. Парадокс. Списанный младший внезапно работает, а наследники, на которых делалась ставка, не способны отличить отчёт от меню в ресторане.
Отбросив мысли о странной метаморфозе младшего, Тайрон устало глянул на часы. Стрелки давно перевалили за полночь. Он придвинул к себе следующую папку, по издательскому дому, открыл её и поморщился. Графики рябили красным, и красное это означало одно — выручка падает второй квартал подряд. Вот это была забота настоящая, и неприятная. С ней он и просидел до рассвета.
Глава 10
Утро началось с глотка крепкого терпкого кофе. Мир поменялся, а привычки нет, голова попросту не работала без смоляного цвета бодрящего напитка.
Я успел закурить, когда телефон на столе завибрировал. На дисплее высветилось имя Даниэля. Управляющий звонил по утрам только тогда, когда что-то шло наперекосяк.
— Доброе утро, сеньор, — голос у него был сосредоточенный. — Прошу прощения, что так рано. У нас тут заминка с бумагами.
— Слушаю.
— Не могу найти часть документов. Договоры с поставщиками за прошлый год, акты на оборудование, кое-какая отчётность. Все бумаги должны быть в кабинете, а их нет.
— Где искал?
— Везде, — Даниэль чем-то зашуршал. — Стеллажи, ящики, архив внизу. Нигде не могу найти. Остался только сейф в кабинете. Может быть, нужные бумаги лежат именно там?
Я совсем забыл про сейф.
— Ключи у тебя?
— В том и беда, что нет, — Даниэль вздохнул. — Последний раз они были у Габино. Ключи он всегда таскал с собой. А вы, когда его выставляли, ничего такого не забирали?
В памяти всплыл день, когда я выгонял толстяка из его цветочного логова. Я тогда лично просил проследить, чтобы он вышел с завода в том, в чём пришёл, и не унёс ни одной казённой скрепки. Жест необходимый, но недальновидный, упустил мелочь. Получалось, я сам отправил единственный ключ гулять по городу в кармане человека, который теперь лежал в морге.
— Ключей нет, — отозвался я. — Я приказал, чтобы Габино ушел налегке, помнишь?
— Помню, — в голосе Даниэля послышалась усмешка. — Тогда забрать их уже не выйдет, сами понимаете.
Я это прекрасно понимал. С покойников взять что-либо труднее, чем с живых.