— А! — глубокомысленно потянул второй, что-то записывая.

Я шагнула ему в объятия мужа, поражаясь стойкости и нежеланию выучить все тюремные песни.

Меня обняли, прижав к себе, маниакально наглаживая мой попец. Я принюхалась. Он действительно пах фиалками.

— О, милый, как я люблю тебя, — с наслаждением вздохнула я, потеревшись щекой о его халат. — Если бы ты знал!

«Милая, любимая, единственная!», — шептали его глаза. — «Я за тебя готов и десять лет отсидеть! Еще раз так сделаешь, я буду согласен и на двадцать!».

Тем временем меня демонстративно поглаживали по попе, как бы показывая всему миру, как сильно меня любят.

— Пиши! Зафиксированы в момент приветственных движений, сопровождающимися нечленораздельными звуками, отдаленно похожими на ласковые слова. С новой строки! При этом мистер Рафаэль Малеволент осуществлял растирательно… эм… согревательные движения романтического характера левой рукой в области … эм… Зачеркни «в области». Пиши… эм… на задворках копчика своей супруги. Точка.

— Фотофиксация, — предупредили нас, а я улыбнулась.

— Быстрее! — послышался голос, а перед нами возник еще один очень серьезный дядечка. Правда, спиной. — Опасения подтвердились! Помощник зельевара на самом деле оказался призванным дегустатором!

— Я же говорил, что там дело нечисто! — строго произнес дядька с бородой. — Ну что ж. На задержание! Если что, пусть вызывают боевых магов!

— До свидания, — попрощались с нами дядечки из министерства, неся кому-то огромный мешок неприятностей.

Мистер Малеволент сделал глубокий вздох и брезгливо, двумя пальцами отстранил меня от себя, рассматривая коричневые почеркушки на своей груди.

Его взгляд явно намекал на раздирательно- убивательные движения отнюдь не романтического характера.

— Ты же мне скажешь, что оно означает! Ты обещала! Вот и слово вспомнили! — потребовал любопытный Дэнфер.

— Конечно, дорогой, — ласково произнесла я. — Но только когда ты подрастешь. Однако можешь спросить у папы. Он все знает. Да, папа?

Давай, выкручивайся! А я посмотрю.

— Сын, — папа заложил руки за спину, плавно скользнув к ребенку и склонившись к нему. — То слово на букву «б», — это древнее заклинание, которое отпугивает от тебя интеллигентных людей.

Мистер Малеволент распрямился так же плавно, как и склонился, а потом резко повернулся ко мне.

— Одну минутку. Я переоденусь, — заметил он, проплывая мимо меня и бросая на мою персону короткий высокомерный взгляд. Через мгновенье он исчез в дверях. — Жду вас в столовой с отчетом через десять минут!

Я бросилась по коридору по направлению к той комнате, где сушились мои трусы и майка, как вдруг передо мной возникла черная мохнатая тень. Я вздрогнула, пытаясь запоздало пискнуть, как вдруг позади послышался радостный голос Дэнфера.