— Что? Что случилось? — влетел гоблин с квадратными глазами.

— Пока еще ничего, — заметил Рафаэль, глядя на меня странным взглядом. — Не мешай.

— О! Колдуете! Можно я позлорадствую в сторонке? — послышался заинтересованный голос Сморчка. — Я буду злорадствовать молча! Обещаю! Я буду молчаливой гадиной!

— До — лор, — по слогам произнес Рафаэль.

— Ой, а я что сказала? — спросила я, уже не помня.

— Дорор, — произнес вампир, глядя мне в лицо. — Орать так зачем? У меня чуть сердце не встало!

— Ну… — пожала я плечами, пытаясь объяснить, что все орали, и я ору!

— Кто эти «все»? — спросил Рафаэль, глядя на меня пристально.

— Вы их не знаете, — вздохнула я, пожимая плечами.

— Еще раз! — послышался голос Рафаэля, а он заложил руки за спину.

— А что было? Напомните? — спросила я, пытаясь найти глазами книгу.

— Лорем… Ипсам … Долор… Сит… Амен, — повторили мне наизусть. Меня это уже впечатлило.

— Лорем Испам… Ой, можно сначала? Лорем… Ипсам… Долог… Сит… Амен! — произнесла я, взмахнув рукой от души. — Ой! Простите! Я не хотела! Сильно попала?

Рафаэль, не успевший убраться с траектории заклинания, получил случайно по руке.

— Я смотрю, в вас умер боевой маг, — заметил он. — Заклинания еще нет, но противники уже в ужасе.

— Мама! Давай! Это же так просто! — сжал кулачки Дэнфер, а я кивнула. Мама очень старается. Мама будет стараться! Не хватало, чтобы мы попали в класс для магически отсталых!

— Движение нарисовано в книге. Вправо, влево, и взмах вверх, — произнес Рафаэль. — Давайте!

Теперь он отошел к столу, глядя на то, как я готовлюсь.

— Лорем, — закатил он глаза. Я тут же бросилась повторять.

— Вы что творите! Кто вас этому учил! Вы кому там дирижируете? — не выдержал Рафаэль. — Где этот магический оркестр? Где он спрятался? Я его не вижу! Кистью, а не всей рукой.

— Пробуем! — выдохнул Рафаэль опускаясь в кресло и прикрывая глаза рукой. Он косился на мои попытки сквозь решетку тонких аристократических пальцев пианиста.

— Папа, — внезапно Дэнфер подошел к нему, чтобы удостоиться тяжелого взгляда. — Ты сам говорил, что мужчины не плачут.

— Я не плачу, — произнес Рафаэль, глядя на сына. — Еще нет…

Он выдохнул, резко встал с кресла и направился ко мне.

— Так, ладно, пробуем по — другому! — внезапно произнес Рафаэль, обходя меня вокруг. И тут я почувствовала, как меня обняли сзади. Это было так неожиданно, что сердце провалилось в бездну. Мне показалось, что у меня по телу пробежал электрический разряд.

— Руку сюда, — послышался негромкий голос на ухо.

Сердце замерло, когда я отдала свою «распустившуюся» руку и почувствовала, как ее собирают снова в какую-то фигуру. То, как бережно это делали, вызывало у меня внутри странное волнение.