Я уже совсем было собрался уезжать, как баркас, сдававший задним ходом, неожиданно дал резкий гудок, привлекая к себе наше внимание.

Как наш бывший пленный сумел изобразить, что он стоит на коленях, я не понял. Гипс на ноге никак этому не способствовал. Зато поднятый над головой кинжал, блеснувший в какой-то момент на солнце, я увидел отчётливо.

Дальше последовало два коротких движения, а потом «рыбак» одним махом почти что снёс ниндзе голову, невесть откуда появившейся в его руках катаной. Наклонившись, и подняв голову, болтающуюся на остатках недорубленной шеи, он одним движением с ней что-то сделал, а потом, сдёрнув с себя большой шейный платок, вытер лезвие катаны и ушёл в рубку.

— Страшно, когда вытаскивают кандзаси из волос, — еле слышно прошептала жена.

— Ты про что? — машинально спросил я, не в силах оторвать взгляд от почти что обезглавленного самоубийцы.

Слишком всё быстро произошло, превратившись в один эмоциональный взрыв, выносящий мозг напрочь.

— Древняя японская поэзия. У русских покойникам закрывают глаза, а у нас выдёргивают заколку из волос, — едва различимым шёпотом ответила мне Аю, прижимаясь ко мне.

Она дрожала всем телом и заметно побледнела.

— Ты Императрица, — напомнил я ей, расстёгнув свою меховую куртку и накинув её одним краем жене на плечи, покрепче прижимая её к себе.

Она у меня мелкая. Как раз поместилась у меня под полой, словно под крылом. Меня холодный ветер, правда, стал донимать, но зябко было не только из-за него. Погода, вообще-то, не проблема для архимага, но я и забыл воспользоваться магией.

Мда-а… Стоит добавить, что для архимага, только что реально избежавшего бо-о-ольшой проблемы.

Я-то на баркас без всякого щита спрыгнул. Повёлся на облик «рыбака», как последний идиот. Вытащи он тогда свою катану — и что бы я делал в эти доли секунды? Как он лихо башку-то ниндзе с удара снёс! Мог бы и мне так же врезать.

Мои моральные самоунижения прервал звук двигателя.

Мощный и могучий рык!

Неспешно отходивший назад баркас вдруг вздрогнул и, даже не скрипнув своим ржавым с виду корпусом, чуть ли не наполовину выбросился из воды, рванув вперёд и описывая крутой пенный разворот.

— Ого себе, рыбак! — услышал я за спиной возглас одного из казаков, — Ваше Сиятельство, прикажете пулемётом его достать? Уйдёт ведь…

— А и пусть, — помахал я рукой вслед набирающему ход судёнышку, показавшему вдруг свой звериный норов, — У меня к нему нет претензий.

С виду судно вроде бы и утлое, а на деле многим фору даст, а потом ещё и выиграет в скорости. Не удивлюсь, если когда-нибудь узнаю, что убийцы и контрабандисты в Японии под одними и теми же главарями ходят.