- Даже так, - процедила Анджали сквозь зубы. – И чем я ей так не понравилась? Тем, что была похожа на своего отца?

- Тогда она не знала этого, - тихо произнесла Сахаджанья, - она не стала смотреть на тебя.

- Даже так, - теперь Анджали усмехнулась сухо и зло.

- Я завернула тебя в пелёнки и увезла. Но не на землю, а куда обычно увозят детей апсар. Нашла хорошую семью и отдала тебя им, а Урваши сказала, что выполнила её приказ.

- Представляю, как она рада была меня увидеть.

- Она ничего не сказала мне, - покачала головой Сахаджанья. – Но я сразу поняла, что она узнала тебя.

- И потом пыталась избавиться, - жёстко ответила Анджали. – Заставила танцевать на кинжалах, ускорила мой арангетрам, чтобы я ошиблась, и чтобы меня поскорее отправили… следом за Ревати.

- Боюсь, всё так и было, - отозвалась Сахаджанья ещё тише.

- Каким же чудовищем должен был быть мой отец, если даже эту змею так припечатало, - грубо сказала Анджали.

- Не знаю, прости.

- Вы-то что просите прощения, - вздохнула Анджали и улеглась на постель, вытянувшись во весь рост. – Я была благодарна вам, наставница, что вы столько раз спасали меня. А оказывается, вы спасли меня ещё при рождении. Этого я никогда не забуду, - она помолчала, а потом спросила: - А у вас были дети?

- Нет, - Сахаджанья принялась снимать с рук ученицы браслеты и складывать их в шкатулку. – К сожалению или к счастью, но я ни разу не стала матерью. Но ты всегда была мне особо дорога. Ты, Хема, Ревати…

- Лучше бы я была вашей дочерью, - отрывисто произнесла Анджали и повернулась лицом к стене.

Сахаджанья встала с постели, укрыла свою гостью покрывалом и улеглась сама. В хижине было тихо, но никто не спал. Прошло довольно много времени, когда Анджали снова заговорила. Голос её звучал глухо, и она спросила:

- Вдруг мой отец – царь богов?

- Урваши никогда не жила с господином Шакрой, - тут же отозвалась Сахаджанья. – Но о таком можно и не знать. Я всего лишь лоувики из Тринаки, не забывай.

Больше они не разговаривали, но до рассвета ни та, ни другая так и не уснули, и утром обе встали бледные, с осунувшимися лицами.

Анджали долго плескалась в холодной воде, чтобы вернуть щекам румянец, потом позавтракала, думая о своём, потом оделась в шафрановую ткань, предложенную Сахаджаньей, а потом собралась в Амравати.

- Прежде всего попроси прощения у господина, - посоветовала наставница. – Ты сбежала вчера. Вряд ли он доволен.

- Прежде всего я навещу дайвики Урваши, - отрезала Анджали. – И если вы поедете со мной…

- Поеду, - Сахаджанья погладила её по щеке. – Какое бы безрассудство ты ни задумала, я всё равно поддержу тебя.