Ее глаза прикованы к ковру, где разминался Вадим Покатаев, готовившийся к очередному поединку. Тоже из нашей секции, мускулистый и уверенный в себе.

Я ухмыльнулся, повернувшись к Полине. Та фыркнула в ответ, закатив глаза.

— Не радуйся раньше времени, Витя, — упрямо бросила она, не отрывая взгляда от ковра, где Покатаев уже пожимал руку своему сопернику, крепкому парню с бритой головой. — Подумаешь, повезло твоему дружку разок!

Я продолжал ухмыляться.

— Причем тут везение? — удивился я. Пусть не болтает, чего попало. — Это мастерство и результат упорных тренировок. Ты видела, как он проводил бросок? Ты даже не представляешь, как ловко я с тобой вечером…

Я снова не закончил фразу. Решил подразнить девушку, довести ее до кипения.

Щеки Полины вспыхнули румянцем. Девушка одарила меня гневным взглядом.

— Ты это о чем? Я, между прочим, порядочная девушка. Не надейся, что я буду плясать под твою дудку. Даже не мечтай.

Вот как она заговорила. Ну, примерно такое я и подозревал. Правда, никто не говорит о том, что я хочу ее соблазнить. Пусть думает о чем хочет. Тем интереснее будет играться с ней.

— Не будь такой наивной, — я продолжал издеваться. Загадочно протянул, растягивая слова. — Спор есть спор. Проигравший платит по счетам. Хотя я ведь еще даже не озвучил, чего хочу.

На ковре тем временем началась схватка. Покатаев и его соперник сошлись ближе, пытаясь схватить друг друга за куртки. После недолгой возни Вадиму удалось перехватить инициативу.

Он резко шагнул вправо и вперед. Оказался под углом к сопернику. Заставил встать на носки.

Секунду спустя мощно рванул противника. Потянул в сторону и вверх. Как будто пытался перебросить его через свое левое плечо.

Но только соперник привстал на цыпочки, Покатаев, прогнувшись в пояснице, усилил рывок. Молниеносно подсек ногу противника. Быстро ударил подошвой левой стопы.

Бритоголовый, потеряв равновесие, рухнул на ковер. Покатаев удержался на ногах. Ловко отставил левую ногу в сторону.

— Неплохо, неплохо, — сказал я. — Оказывается, Покатаев отлично борется.

Я до этого его мало видел. Вечно он в разъездах. Правда, Степаныч говорил, что Покатаев тренируется где-то еще.

Полина сидела рядом. Нервно теребила завязки кофты. Бросала на меня настороженные взгляды. Думала, что я самый настоящий негодяй. Похуже маньяка Винницына.

— Так значит, не скажешь, чего хочешь, — сказала она. — Твои недомолвки пугают меня. Что ты задумал? Что там такое несусветное?

Я продолжал следить за поединком. На девушку ноль внимания. Как будто.

— Несусветное? С чего ты взяла? Волнующее, захватывающее, будоражащее. Но тебе пока рано об этом знать.