Создатели Иван Солоневич, Василий Ощепков, Виктор Спиридонов и Анатолий Харлампиев вложили в стиль опыт бокса, дзюдо, ушу и разных видов борьбы. По сравнению со спортивным самбо, здесь намного более широкий арсенал технических действий, разрешены удары и удушающие приемы.

Можно бить кулаками и локтями, толкать корпусом. Наносить удары разрешено в голову, кроме затылка, в шею, кроме горла и шейных позвонков, грудь, живот, спину и ноги.

Можно бить самой головой. Ногами можно бить туда же, что и руками. Удары можно наносить и после перевода противника в партер. В общем, почти что ММА раннего разлива.

Так что, на самом деле, у меня имелось много приемов, чтобы достойно встретить набросившегося на меня братца Ольги. Больше всего я опасался, что он выхватит заточку, но Макс работал голыми руками.

Раз так, тогда можно слегка расслабиться. Правда, нельзя забывать, что клинок он может в любой момент вытащить из кармана.

Поэтому сначала я работал на дальней дистанции. Встретил нападающего жестким прямым ударом правой ноги в живот, отчего он отлетел назад.

Упал лицом вниз на участок земли, отделяющий тротуар от дороги и застонал от боли. Испачкал лицо и ладони, выплюнул изо рта грязь и тяжело дыша, встал на четвереньки. Оля бросилась ему на помощь, но я схватил ее за руку и оттащил в сторону.

— Не вмешивайся, — приказал я, холодно глядя на девушку. — Я ему не причиню вреда, только слегка выбью гонор. Ты просила помочь, вот я и помогаю.

Ольга повиновалась и осталась на месте. Я подошел ближе к Максу, держась настороже.

С этими уголовниками никогда не знаешь, что выкинут в следующий момент. Сейчас можно наброситься на него, забрать спину и задушить, как в джиу-джитсу, но вдруг он уже вытащил заточку из кармана? Я не видел его правую руку, он прижал ее к животу и спрятал под собой.

— Как дела, Макс? — спросил я, подойдя еще на шаг, но все равно с опаской, как будто рядом с бешеным псом. — Ты зачем на меня полез? Я тебе разве предъявил что-то? Я же тебя просто спросил. Что, не мог ответить по-человечески?

Он повернул голову в сторону и я увидел слой черной земли и зеленые травинки с белесыми стебельками у оснований, прилипшие к его правой отвисшей щеке и толстой шее. Руки все так же держал под собой.

— Ты мне, сука, предъявил за сестру, — прохрипел Макс и поднял на меня голову. — Я тебя урою за это, слышь?

А вот это уже плохо. Это уже прямая угроза, причем довольно необоснованная с его стороны.

— Ага, вот как ты заговорил, — сказал я осторожно наклонился. — Я же тебя просто спросил, почему ты, как брат, не защищаешь ее. Сказал, что раз ты не справляешься, то я сам этим займусь. Как парень. Какие же тут предъявы? А ты чего-то разбушевался, на меня с кулаками набросился. Разве так можно?