Трубецкой сразу понял, о чём я. Он сам столкнулся с этим, когда проверял счета Воспитательного дома. На бумаге всё красиво, а по факту дети голодные, лекарств нет, деньги уплыли в неизвестном направлении. Попечители же из высокопоставленных дам приезжают раз в год, посмотрят на оставшихся в живых деток, похвалят директора и отбывают довольные. А ведь под этот проект выделили огромные деньги, включая двести тысяч от императрицы. И что получилось? Братские могилы за приютом приняли больше покойников, чем иное московское кладбище.

— Это не попечительство, а фарс, — продолжил я, описав ситуацию. — Мы вкладываем огромные деньги в больницу, школы, училище, приют и мануфактуры при них. Если за этим не будет постоянного наблюдения, то через пять или семь лет всё разворуют и пустят по ветру. Меня больше беспокоит процесс передачи заведений на баланс казны. Именно тогда стоит ожидать основных нарушений и даже преступлений.

— Что вы предлагаете, Николай Петрович? — спросил уже слегка опьяневший Разумовский.

— Надо создать комиссию из неравнодушных людей, которые будут вникать в дела МОП. И не раз в год, а постоянно. Они должны проверять счета, смотреть, как кормят детей, как лечат больных и как учат учеников. Необходимо наделить представителей комиссии правом снимать директоров, если те не справляются или воруют. Такой вопрос лучше обсудить с генерал-губернатором и издать приказ, действующий по всей губернии.

— Нужны люди, которым можно доверять. Но где их взять? — с усмешкой произнёс Демидов. — Таких, кто не украдёт сам и не даст украсть другим.

— Такие люди есть. Не все помещики только в карты играют и любовниц меняют. Среди них хватает деятельных и идейных людей, желающих сделать что-то полезное. Они не всегда богаты, но это не важно. Деньги мы дадим, нам нужны их время и усилия. Кстати, не мешает задуматься о приёме в комиссию дам. Так даже лучше, ибо среди дворянок хватает вдов или лишившихся детей. Кто-то находится при родственниках как приживалка. Им требуется куда-то прилагать нерастраченные силы и чувства. Времени хватает, напишем несколько статей в газете и начнём выбирать.

С такой постановкой вопроса согласились все присутствующие. А Трубецкой сразу назвал несколько фамилий, многие из которых мне неизвестны. Зато удивило упоминание князя Щербатова, который пишет статьи о падении нравов и давно бьёт тревогу по поводу разорения дворянства. Также есть Иван Иванович Бецкой, ныне секретарь императрицы. Он всю жизнь возится с воспитательными домами и знает систему изнутри. Но его главное преимущество — доступ к Екатерине. Ещё князь упомянул Николая Ивановича Новикова, издающего журналы и открывшего книжную лавку для народа. Только он масон, и, мне кажется, неподходящей фигурой.