Мы некоторое время молчали, думая о своём. Не хочу спорить и расстраивать тётушку. А на пару лет можно уйти в подполье, переживу.

— И ещё одно, Николя, — произнесла Екатерина Борисовна, встав с кресла. — Подай знак Павлу Петровичу, чтобы он занялся чем-то другим. Временно, конечно. Цесаревич ещё более порывист, нежели ты, когда речь идёт о его отце. Ведь возможные сложности повесят на тебя.

Княгиня Урусова ушла, а я продолжил пить чай, глядя на блики огня в камине. Тётушка права в главном: слишком резким получился старт. Наверное, из-за молодых гормонов у меня отключается разум. Надо действительно отступить, чтобы потом сделать несколько шагов вперёд. Раз Екатерина Борисовна открытым текстом заявила, что меня попросту раздавят, значит, её в этом убедили. То есть намёк последовал с самого верха. Хорошо, мне есть чем заняться.

Лишь бы не сорваться. Чем больше я смотрю на происходящее в стране, тем сильнее негодую и не могу притушить эмоции. Начнём с того, что на троне сидит самозванка, к тому же иностранка. Для мировой истории это не редкость. Я про иноземное происхождение монарха. Только в России всё получилось через одно место.

Во главе государства оказалась совершенно неприспособленная мадам, использующая власть исключительно для развлечений и потакания собственному тщеславию. И самое страшное, что уже более десяти лет она живёт в кредит, куда толкнула и страну. Ранее Елизавета или сама Екатерина, будучи великой княжной, занимали деньги лично. Сейчас императрица хапает золото и как частное лицо, и используя служебное положение. Что абсолютно ненормально. И ведь я предложил вариант реформ, которые помогут стране разбогатеть. Соответственно, больше денег будет у правительницы. Пусть и не сразу. Только денег хочется здесь и сейчас. А после нас — хоть трава не расти.

* * *

Политические вопросы — не причина забросить личные дела. Не успел я утром позавтракать, как лакей доложил о приезде стряпчего. Это хорошая новость! Приказываю принести чай в кабинет и направляюсь туда сам.

Дмитрий Кублицкий вошёл в комнату с папкой, перетянутой сыромятным ремнём, и замер у порога. Я кивнул на кресло, и стряпчий — человек лет сорока, с лицом, которое трудно запомнить с первого раза, — аккуратно присел на самый край, положив папку на колени. Такую внешность должны оценить шпики и шпионы будущего. Человек не то чтобы незаметен, а скорее безлик. Посмотрел и забыл. Хотя всё портит взгляд — слишком умный, как бы банально это ни звучало.

Кстати, Алексей Демидов сдержал слово и провёл все предварительные переговоры, убедив важных сановников одобрить сделку. Стряпчий же занимался техническими деталями. Так сказать, смазывал бюрократические шестерёнки. Поэтому мне очень интересно послушать, как всё прошло.