Вздрогнув, Рен обреченно и устало посмотрел на меня.

— Джози, ты же и сама прекрасно понимаешь, что между нами ничего не может быть.

— Нет, не понимаю!

— Не понимаешь того, что мое тело изуродовано, а отношения подразумевают нечто большее, чем поцелуи? Не понимаешь, что жить мне осталось если не месяцы, то не больше пары лет точно, а последние дни я явно буду ни на что не способным инвалидом? Или того, что ты молодая девушка, которой, очевидно, хочется посещать вот такие вот праздники, выходить в свет, а я этого тебе дать не смогу, потому что ненавижу все это? А может того, что ты маг-универсал, которого ищет почти вся королевская стража и частные сыщики, а ты хочешь быть вместе с тем, кто ежедневно с ними работает?

Рен вдруг судорожно втянул в себя воздух сквозь крепко сжатые зубы, а на его лбу я заметила выступившую испарину. Достав чуть трясущимися руками из кармана брюк непрозрачный бутылек, он одним махом осушил его.

Черт, я ведь и не подумала, что Рен все это время держал вокруг нас отводящий внимание полог, а ведь любая работа с энергетическими потоками причиняла ему боль и способствовала ускорению распространения проклятия по его телу.

Сочувствие, злость и обида смешались внутри.

— Я и не подозревала, что Вы такой трус, господин де Эксилир, — процедила я. — Но раз уж Вы уже все решили, не спросив меня о том, что думаю я по этому поводу, и не поинтересовавшись моими чувствами, то не смею больше досаждать Вам своим присутствием!

С трудом сдерживая подступающие слезы, я гордо подняла голову и, легко разорвав воздушное плетение эльфа, быстрым шагом направилась прочь.

А прозвучавшее вслед «Джозефина!» проигнорировала.

Как и попытки связаться со мной по артефакту связи.

Добравшись до комнаты, я хлопнула ни в чем неповинной дверью и позорно разревелась, упав на кровать.

И почему сердце сейчас болело гораздо сильнее, чем сломанная при неудачном падении с мотоцикла в юности в двух местах рука?

Более-менее успокоившись, я стянула платье и забралась под одеяло.

Никакого праздника больше не хотелось.

Только вот и забыться во сне мне не дали.

— Здравствуй, Джозефина! — из темноты проступил силуэт Ивара Авфула. — Как развлеклась на балу?

Я невольно фыркнула. Развлеклась, точно.

Правда, старый маг истолковал мою реакцию по-своему.

— Ладно, не рассказывай, — ласково улыбнулся он. — Что такой старик, как я, может понимать в юношеских забавах.

Я невольно улыбнулась в ответ.

— Не стоит так принижать себя, Вы еще многих молодых сможете за пояс заткнуть.

— Льстишь, Джозефина, — рассмеялся Авфул. — Но спасибо.